Скажи мне «нет»

– Расскажи о себе.

– А? – погруженная в собственные мысли, я не сразу расслышала его вопрос.

– Расскажи о себе, Кира, – повторил мужчина, при этом даже не повернувший в мою сторону головы.

– Зачем вы об этом просите, Дамир Эдуардович?

– Нам же нужно говорить хоть о чём-нибудь, пока мы едем. Или ты предпочла бы обсуждать погоду?

Я прищурилась, глядя на мужчину с подозрением. Это он что, пытался сейчас шутить!?

Но его лицо по-прежнему оставалось равнодушно-бесстрастным.

Он всё так же спокойно и немного скучающе смотрел на дорогу, уверено ведя хищный додж одной рукой.

Тускло поблескивали в полумраке салона часы на правом запястье, горела яркими диодами гладкая приборная панель автомобиля. Расплёскивался по салону пронзительный, запредельный запах леса. Я невольно втянула воздух полной грудью и заметила, как дёрнулись на мгновение пальцы мужчины, сжимая руль практически до побелевших костяшек.

– Мне нечего о себе рассказывать. Моя жизнь ничем не примечательна.

Всё как у всех, просто и стабильно.

– Тогда расскажи о… той картине, которую я у тебя купил.

Я кивнула, принимая подобную просьбу. Что ж, это вполне закономерное желание. Странно, что он не стал расспрашивать об этом в самый первый день. Обычно ценителям искусства важна история создания произведений, которые они собираются приобрести.

– Я… начала рисовать её очень давно. Кажется, лет шесть или семь назад. Я тогда ещё училась в школе… во всяком случае пыталась.

В моей жизни было слишком много… сложных периодов. Но творчество всегда было тем, что меня спасало.

– А твоя семья? Она тебя не… спасала?

– Родители погибли, когда мне было тринадцать. Именно после этого я и поняла, что хочу посвятить свою жизнь творчеству. А ещё, да, начала рисовать ту самую картину.

О своём прошлом я говорила спокойно. Научилась этому за много лет. Когда кто-то спрашивал про семью или родителей, я никогда не испытывала растерянности, всегда отвечала невозмутимо и сдержанно.

Всю свою боль и тоску я давным-давно научилась запирать глубоко внутри себя.

– Ты была одна в семье?

– Нет, нас двое. Я, и старшая сестра. После смерти родителей, спустя год, как только ей исполнилось восемнадцать, она взяла надо мной опеку, до наступления моего собственного совершеннолетия. Потом я закончила школу, и мы оставили родной юг, переехав в столицу, чтобы поступать и учиться.