Ты пожалеешь, милый

– Мое домашнее животное.

Она не хотела пускать савра в родовое поместье, но еще меньше хотела, чтобы он слонялся по саду. Матушке пришлось принять непростой выбор…

В дом я вошла все так же держа Отродье на руках. Райан присмирел, он в детстве побаивался мою мать. И пусть он вырос и заматерел, но рядом с ней почему-то стал очень вежливым и послушным. Если бы я сама не оказалась его жертвой, ни за что не поверила бы, что этот милый юноша вчера покалечил кучу рыцарей и украл чужую невесту.

Миа, не подвела.

Ее любопытная натура заставила ее показаться в прихожей. Она выглянула из коридора и сразу же стала центром всеобщего внимания.

– Миа! – изобразив безумную радость от встречи, я вручила Райану савра. Ни тот, ни другой этому не обрадовались, но возмутиться не успели – я уже летела к Мие.

Та напугалась. Присела от неожиданности и готова была уже бежать, только я настигла ее раньше. Обняла крепко и зашептала ей на ухо:

– Собери все мои украшения. Приготовь несколько простых нарядов и сменную одежду.

Возьми самый маленький чемодан. И вели запрячь лошадь. Если все сделаешь, та подвеска с изумрудом твоя.

Закончив инструктаж, я оттолкнула ее от себя, и услышала сердитый голос мамы:

– Циара! Леди не должна так себя вести! Чему я тебя учила?!

Ничему, хотелось сказать мне. Матушка никогда особо обо мне не вспоминала. Я могла привлечь ее внимание только если делала что-то не так.

Ругать меня и наказывать она предпочитала лично, все остальное делали нянечка, а после гувернантка.

Или несколько специально нанятых учителей. Например, как леди, обучавшая меня верховой езде в женском седле… или в мужском, когда никто не видел.

Миа быстро скрылась. Я ни на мгновение не усомнилась в том, что мой приказ будет выполнен – цену я назначила отличную. Подвеска с изумрудом в форме капли нравилась ей уже давно и от возможности ее получить Миа точно не откажется.

Пока я смущенно и виновато извинялась перед матушкой и лепетала что-то о том, как рада была видеть Мию из-за чего забыла о всяких приличиях, Райан смотрел на меня с недоверием и даже ужасом.

А ведь я предупреждала его, что изменилась.

Пока он учился магии, я училась врать и притворяться. И, надо сказать, неплохо в этом преуспела.

– Ты всегда была слишком порывистой.

В голосе матушки я услышала укор и на всякий случай виновато потупилась. У меня не было времени на ее нравоучения. Миа уже должна была быть на полпути к конюшне.