Книга 3. Авалон

Может, тебе лучше вернуться на яхту, Ини?

– Я не сворачиваю на полпути, – сдвинув брови, отозвалась женщина.

– А зачем нужно было затевать этот разговор? – вновь повернулся к ней Урбант.

– Мне кажется, что нам помешают.

– Пять хвостов кабранга, ей кажется… – проворчал Юрри. – А мне вот кажется, что золото ксифов будет у нас в руках. Если постараемся. Некому здесь нам мешать. Не-ко-му – понятно?

Дарий Силва вышел из служебного здания космопорта и зашагал к стоянке мобилей. Пока командир занимался оргвопросами, Тангейзер Диони вывел супертанк из трюма транспортника и перегнал боевую машину туда, припарковав около ограды.

Мобили, приткнувшиеся поблизости, выглядели букашками по сравнению с розовым бронеходом.

– Смотри, не лопни, – сказал Дарий, входя в башню танка.

Тангейзер торопливо отправил в рот остаток бутерброда и вместе с креслом развернулся к командиру.

– Да это я так… для тренировки. Чтобы форму не потерять.

– Хорошая тренировка.

 – Дарий уселся на свое место перед панелью управления. – Да не торопись ты, а то подавишься.

– Угу, – кивнул постлейтенант, усиленно работая челюстями.

А супертанк продекламировал мягким баритоном:

Мы прилетели на Тиндалию —

И что же будем делать далее?

Такая уж отличительная черточка – временами изъясняться в стихотворной форме – была у боевой машины серии «Мамонт», сделанной челябскими рабочими с планеты Уралия.

– А то ты не знаешь, – усмехнулся Дарий.

 – Будем выполнять поставленную задачу.

– Это он просто хотел показать, что не разучился рифмовать, – заметил Тангейзер, стряхивая с коленей крошки. – Я угадал, Беня?

– Угадал, – подтвердил танк, наименовавший себя Бенедиктом Спинозой. – А ты тоже делаешь определенные успехи. Хотя сочетание «показать – рифмовать» на поэтический шедевр явно не тянет.

– Да у меня просто случайно получилось, Беня! – возмущенно воскликнул Тангейзер. – Я вовсе не хотел показать, что умею рифмо… э-э… что умею в рифму говорить.

– Отнюдь! – не согласился Спиноза. – Это явно сказывается общение со мной…

– И в дождь, и в снег, и в зной, – вклинился Дарий. – Хватит трепаться. Бенедикт, вперед!

– Понял, бронеход? – подхватил Тангейзер.

– Слушаюсь, Дар, – отреагировал супертанк. – Вы оба меня радуете своими поэтическими способностями.

– Главное – чтобы ты нас не огорчал, Бенедикт, – произнес Дарий, подчеркнув это «ты».