Бесы с Владимирской горки

Рассказывал он, как любит ходить по улицам и заглядывать в окна, смотреть, как люди живут, как ненавидят и любят друг друга. Особенно беспокойным приятель становился, когда весна вступала в свои права, и за монастырскими стенами пенились белым цветом деревья, а днепровские дали зазывали его в неизвестность, и гудки проплывающих мимо пароходов заставляли мечтать о путешествиях, приключениях, других городах.

Но с тех пор, как холера стала стучаться в дома, Федор утратил интерес к ночным экспедициям.

Смерть зачастила в Святой Город.

Чума выкосила Киев в 1710-м, и в 1770-м. Холера, индийская болезнь, явилась в 1830-х и с тех самых пор приходила в Киев-град, как к себе домой.

И обе моровицы не щадили никого – ни стариков, ни детей, ни мужчин, ни женщин, ни грешников, ни святых… никого, кроме монахов Михайловского!

Умирали от морового поветрия праведные лаврские старцы, уходили в иной мир насельники Николаевской пустыни, отлетали к богу невесомые души христовых невест во Флоровском женском, и соседний Софийский монастырь, бывало, терял половину своей братии… Лишь за белые стены Злато-Михайловского не смели входить три старухи: Чума, Холера и Смерть.

И каждый раз, когда обносили вокруг его стен мощи святой Варвары, и холера, и чума шли на убыль.

И завтра это сделают снова, и губительная моровица уйдет, и всем, всем в страждущем Киев-граде станет легче.

– Ты тоже веришь, не смотря на дерзновение свое, – повторил Алексей. – Не верил бы – не уповал бы на помощь Варвары, не сидел бы сейчас в обители.

– Вот как ты думаешь? – Федор дерзко задрал подбородок. Его красивое чернобровое лицо исказила презрительная гримаса. – Тогда я пошел.

– Куда ты?

– А куда захочу… Хоть за головой святого Владимира. Может, я хочу получить власть над всем миром? Слышал ведь, тот, кто получит ее – получит и власть!

Одним прыжком непослушный послушник Федор спрыгнул с забора и исчез в черной чертовой пасти беремища.

А спустя минуту Алексей снова услышал смех.

Глава третья,

в которой много замкoв и мало ключей

Подымутся беси, молитву читай.

    Федор Достоевский «Братья Карамазовы»

18 декабря

– Ау, есть кто-нибудь?

Даша Чуб вбежала в прихожую Башни Киевиц, стаскивая на ходу голубую куртку.