Меч и Крест

 – У меня на них аллергия!

– На ведовских кошек не бывает аллергии, – заспорил с ней спокойный женский голос.

Троица нервно завертела головами в поисках хозяйки дома, зачем-то рекомендованной им в мужском роде.

– Где вы? – не выдержала Катя, с подозрением всматриваясь в золотистый занавес.

– Я здесь, – сказал голос, аккуратный и тщательный, как у телевизионных дикторов 80-х годов. – Меня зовут Белладонна.

Глаза девушек одновременно скрестились в одной точке, у самого пола.

– Черный – Бегемот, а рыжая – Изида.

Но мы зовем ее просто Пуфик.

Белая кошка открывала рот, а оттуда…

– Проходите и чувствуйте себя как дома, – почтительно сказала кошачья блондинка.

Глава восьмая,

в которой Маша безуспешно пытается сосчитать киевские Лысые Горы

Во Франции главным местом колдовских сборищ почитался Puy de Dome. В Германии – Блоксберг, Хорсельберг, Бехтельсберг и многие другие горы. В Швеции – Блакулла. В Испании – ланды Бараона и пески под Севильей. В Италии – знаменитое сборище – у Беневентского орешника (Noce di Benevento), гора Патерно близ Болоньи, гора Спинато близ Мирандолы.

В Литве – гора Шатрия, в польских Карпатах – Бабья Гора. В Росии – Лысая Гора близ Киева.

    А. Амфитеатров. «Дьявол»

Катя стремительно побледнела, бессмысленно выпучив глаза.

Маша замерла с зависшей над кошачьей спиной рукой. Рот Даши вытянулся длинным «О».

– Дур-р-р-ры!!! – раскатисто прошипел Бегемот со шкафа. – Ни чер-р-р-р-р-та не знают и лезут к чер-р-р-рту в пасть!

– Не обращайте внимания, – светски промурчала Белладонна.

 – Он признавал только Кылыну.

– А-а-о-о… – нечленораздельно простонала Катя и, рывком закрыв ладонями уши, кинулась в комнату.

Белладонна отпрыгнула, спасаясь от невидящих Катиных ног, и удивленно посмотрела ей вслед длинным невозмутимым взглядом. Рыжая Изида Пуфик даже не обернулась – только недовольно и требовательно ударила Машу мягкой лапкой по застывшей в воздухе ладошке: «Ну, гладь, чего остановилась?»

– Землепотрясно, – ошалела от удивления Чуб.

 – Говорящие кошки. Вот это финт!

– А вы действительно говорите? – огорошенно промямлила Маша. – Или это мы вас понимаем?

Белладонна нравоучительно взглянула на нее: «А не софистика ли это, деточка?» – и двинулась в комнату, приглашая их за собой.

– Стойте, – испуганно вскрикнула Маша. – А можно вас попросить, – зашептала она, нервничая и извиняясь глазами, – чтобы вы чуть-чуть помолчали? Вы видите, женщине очень-очень плохо.