Никола Мокрый

 – Коли они сольются, один погубит другого. От света тьма исчезнет. Или от тьмы исчезнет свет.

Землепотрясная быстро посмотрела на Машу. Но та стояла, обняв себя обеими руками, точно ее бил озноб, и наблюдала за русальими бегами с незаинтересованным видом человека, страдающего от ноющей боли.

– Слушай, у тебя точно все в порядке? – прищурилась Чуб. – Может, у тебя не зуб болит, а живот? Или это послеродовая депрессия?

– Все хорошо, – не изъявила желания пожаловаться Маша. – Прости… – Студентка поспешно перевела взгляд на Катю, внимательно слушавшую рассказ Акнир.

– …так вода стала как бы святой, – продолжала золотоволосая ведьма. – Сами знаете, святая вода существует, а святой земли, с точки зренья ваших попов, не бывает. Но раньше все было иначе… Люди поклонялись родникам и озерам, как богам. Вилы – русалки – сопровождали нашу Великую Мать, богиню Макош. Они были неразделимы.

– Знаю, – Катерина кивнула. – Макош и вилы упоминались в древнерусских летописях вместе.

– И Мать-сыра-Земля не случайно «сырая».

Земля не может жить без воды, и вилы должны орошать земные поля, огороды, сады… Но потом грянул патриархат, инквизиция. Русалки стали служить Водяному – мужскому началу. В общем, теперь они нам не подчиняются – ни ведьмам, ни даже вам, Киевицам. Особенно на Зеленые святки и в Русалью неделю. В старину девкам и малым детям запрещалось ходить в эти дни одним на реку, в поле и в лес. Русалки пытаются заманить их к себе. Еще любят завлекать чужих мужиков – мужей и женихов, чтоб утопить или защекотать их насмерть…

– Катя, дай мне, пожалуйста, свой телефон, – озаботилась Маша.

 – Нужно позвонить папе. Пусть он сегодня не ходит с Мишей гулять в Кадетскую рощу.

– Неужто они посмеют украсть ребенка самой Киевицы? – подняла брови Катерина. – Хотя если они пытались утопить десяток детей прямо у нас под носом…

– И кадрить моего жениха! – обиженно встряла Даша.

– Он тебе такой же жених, как и я, – сказала Катя. – Но в целом ты абсолютно права.

Все это уж слишком неприкрытое хамство.

– Согласна. Уж слишком, – посерьезнела помощница Главы Киевских ведьм. – Хамство – самый тревожный сигнал в вашей истории. Вряд ли Город призвал вас спасти горстку слепых. На Русалью неделю всегда тонет много людей. Это, можно сказать, тоже традиция, на которую мы закрываем глаза… А вот делать это на глазах у Трех Киевиц – сродни демонстративному дипломатическому скандалу. И за этой демонстрацией что-то стоит.