Никола Мокрый

 – Какой отпуск? Откуда?

– Собственно, это мы и хотели с тобой обсудить, – сказала Катерина. – Вчера на нашем с Дашей дежурстве Киев показал нам не слишком понятное видение. Труханов остров, пляж, воду, песок. Я считаю, это – очередное задание. А Даша уверена…

– Ежу понятно, Город сказал: «Отдыхайте!». Но неподалеку, не выезжая из Города. Черт, – озадачилась Чуб. – Как же нам тогда в Бруклин слетать, стырить икону? В смысле не стырить – вернуть по-хорошему. Ну, а если не выйдет…

– Что ты об этом думаешь, Маша? – спросила Дображанская.

– О предложении выкрасть икону? – уточнила студентка.

– Нет, о нашем задании.

– Думаю, – сказала Маша, – выяснить, кто из вас прав, можно лишь опытным путем. Давайте просто сходим на пляж и посмотрим…

– Судя по расположению солнца в видении, – припомнила Катя, – мы должны быть там примерно в двенадцать дня. Встретимся за час у моста.

– Только, пожалуйста, Кать, – вскинулась Чуб, – сними с рук свои музейные цацки.

Ты ж будешь в них на пляже как новогодняя елка в июне. А мы с Машей будем как две дуры, которые пришли на пляж с елкой. Да, и не забудьте еду!.. Давайте устроим пикник! Я возьму лук и картошку…

* * *

…картошка, лук, сало, огурцы, помидоры, вино в плетеной бутылке, в общем, все-все, что взяла Даша Чуб, пришлось двум Киевицам по нраву. За исключением одного прихваченного ею громоздкого предмета – помянутого выше мажора, которого спорщица зачем-то притащила с собой.

Презентованный «сын миллионера и стервы» показался Маше обычным парнем среднего роста, приятной наружности, в столь же обычных джинсах, футболке, бейсболке. Разве что взгляд, одновременно скучающий и самоуверенный, отличал его – больше ничего. Даже то, что в первый же миг этот взгляд прилип к черноволосой красавице Кате, было совершенно в порядке вещей.

– Сумасшедшая, – быстро прошипела Дображанская в сторону Даши, улучив подходящий момент. – Ты хоть знаешь, кто его папа?

– Знаю.

И что? – вскинула подбородок Землепотрясная.

– А ты знаешь, что его отец знает меня? У нас пересеченья по бизнесу… Его сына не может здесь быть! Быстро отошли его. Мы на задании.

– Мы в отпуске! – отфутболила Чуб. – И если я не права, то съем свою шляпу.

– У тебя нет шляпы.

– Тогда съем тарелку перловой каши. Это еще гаже.

Машу Ковалеву, в свою очередь, тоже ждал шок. Пляж, презентованный Киевом, оказался нудистским.