Большая игра. Том второй. Вспомнить всё!

Входили в то большинство пар, застрявших в собственных проблемах, считали важным накормить и дать зрелищ ребёнку, а чем он дышит – дело десятое. Мать с отцом никогда не ладили, страшно сказать, они никогда не любили друг друга и жили вместе ради галочки в пункте «семья». Естественно, Валент это видел и бежал из дома на воспитание к друзьям. Чему в то время учили на улице? Да просто туши свет! Пришлось попробовать почти всё. Дети поколения Y[15 - Поколение Y (поколение Миллениум) (1983-2003).] росли сами по себе, пока родители раздербанивали то малое, что осталось после распила.

Уходили в прошлое уверенность в завтрашнем дне и милосердие.

Подростковый период дался Валентину нелегко, соблазнов хватало. Но! Не спился, в наркоманы не ушёл, девицу беременную в дом не привёл, и на том спасибо! Язвить перестал, высунул голову из компьютера и занялся учёбой. Отлично сдал ЕГЭ и теперь собирался в свободное плавание, чем удивил родителей, особенно мать.

Раиса Валентиновна изнывала от бытовухи. Ранний брак и материнство не позволили ей насладиться собой, но был шанс на вторую попытку.

Сын вырос, и появился план побега. Возможно, она бы ничего не меняла, так и слыла серой мышкой, гуляла бы за спиной у пьющего мужа, создавая видимость счастливого брака, но внезапная любовь подтолкнула к решительным действиям. Раечка была на низком старте. Скоро сын уедет учиться, и Раиса рванёт в бега, а пока:

– Ешь, Валь, ешь! Компот налить?

– Ага, давай!

Валент хлебал мамины щи и думал о том, что сегодня навсегда попрощался со своим наставником, другом, вторым отцом, спасшим ему жизнь.

Человеком, который разбудил его, вынул из глубокого кошмара повседневности, наполнив смыслом существование.

Глава 14

Дождь

Лето двадцать первого года удивило. Как только все поверили, что оно будет дождливым и холодным, лето достало туза из потайного кармана и уделало прогнозы.

Три месяца рая для тех, кто нежится под раскидистым деревом у реки, но тем временем город изнывал.

В пятницу 13-го было, по обыкновению, жарко.

Духота раздражала даже тех, кто привык ко всему и ни на что не реагировал. Есть же, ей богу, предел! Вот и лето надоело, если вообще такое бывает.

Август, как намёк, что диван кончится внезапно,[16 - О, как внезапно кончился диван! – В. Вишневский.] или как вечер воскресенья, всегда отдаёт обречённостью.

Максим Маврин вместе с семьёй собирался к вечеру рвануть на все выходные на природу, а сейчас стоял на балконе и удивлялся случайному ливню.