Багровая ночь

Я буду кончать в тебе с наслаждением. А твоё нормальное существование зависит только от тебя. Выкажи покорность, получишь одежду и первую кровь. Жажда ещё не мучает? – насмешка усилилась.

Владислава подсознательно потянулась к горлу, пытаясь сглотнуть, но даже слюны не было.

– Да, я хочу пить, но не кровь. Я не убийца.

– Зато убийца я, – дёрнул её за руку, вытащил на лестницу, развернул к себе лицом и надавил на плечи. – Укусишь, пожалеешь, – вытащил член. – Принимайся.

Она подняла глаза на мужской орган и слёзы покатились по щекам.

– Хочешь к ним? Они разорвут тебя на шматки, потом ты регенерируешься и станешь общей. Открой рот, – придвинулся. Член замаячил совсем у лица. Девушка зажмурилась, сжала зубы и замерла.

– Дура! – потыкался в сжатые губы и так ничего и не получив, опять ударил по лицу. Она упала на сырой холодный камень, рыдая и ударившись в стену головой. Вампир схватил её за лодыжку и потащил в ту же темницу.

– Не надо! – отчаянный крик пленницы утонул в диких воплях сумасшедших гарпий, ожидающих новенькую.

Он швырнул её на сено около них.

– Делайте с ней что хотите, только голову оставьте целой, и сердце не трогайте, она мне ещё нужна.

Вампирши кинулись рвать и царапать девушку, в хлипкой надежде, что это еда. Одна из них прокусила ей артерию на шее, сглотнула и тут же сгорела.

– Дуры! Она бессмертная такая же, как и вы, так что кровушки вам не обломится. Жрать себе подобного мгновенная и окончательная смерть, – отвернулся и ушёл. Тогда они в отчаянье начали рвать её шикарные волосы и избивать.

Владислава пыталась защищаться, но тщетно. Спустя час бесполезных криков до потери голоса, от неё осталось кровавое месиво. Сознание заволокла тьма. Она умерла повторно.

Глава 2. Первая кровь

Колин спустился в винный погреб, налил вина с одного из бочонков, выпил залпом и полетел в деревню, чтобы поживиться. Деревенские жители знали о вампирах и защищались чесноком, святой водой, крестами и вилами. Его всегда веселили их слабые попытки спастись от его клыков.

Всё это на вампиров совсем не действовало. Облетел центральную поляну и решил не нарываться на бойню, полетел к самому крайнему дому. «В прошлый раз я поимел там хорошую девку и оставил в живых, потому что была девственницей», – опустился у деревянной ветхой двери и дёрнул на себя. Внутренняя щеколда сломалась. Он ворвался внутрь. Девушка с длинными косами, увидев его, вскрикнула.

– Дома ещё кто–то есть?

Она отрицательно покачала головой.