Кровавые цепи

В некоторых местах на стенах находились каменные головы змей с весьма недружелюбными клыками. Понизу извивались их изящные тела. Впереди показался ещё зал, закрытый не стеной и дверями, а плотной занавесью в три разного размера ряда. Это помещение оказалось огромной спальней с круглой кроватью посередине, покрытой покрывалом из необычной ткани: также оливкового цвета в виде змеиной чешуи. Чешуйки переливались перламутром в свете толстых свечей, (в обхвате мужской рукой) стоящих в извивающихся серебряных и золотых подсвечниках, с тонкой работой искусного мастера, создающего орнаментные шедевры.

Змеи без стыда разделись. Их узковатые глаза хищно сверкнули, такого же оливкового цвета, как и всё вокруг, обрамлённые золотистыми ресницами.

– Ты готов? – прошипела одна.

– Да.

Он тоже разделся и, понимая, что никакая любовная прелюдия в данном случае не нужна, схватил ту, что стояла ближе и, загнув её лицом вниз, сразу вошёл, совершая быстрые и глубокие толчки. На его пальцах вышли тёмные когти с заострёнными концами и начали царапать упругие бёдра, оставляя синяки и кровавые борозды.

Оргия обещала быть на грани. Герцог всегда был склонен к жестокости, и сейчас ему не составило труда просто быть собой, жёстко насилуя попеременно то одну, то другую. Они позволили делать с собой всё, что только можно было представить в открытом извращённом сексе втроём, и он делал, невольно, представляя Кариналию.

На рассвете змеи приказали эльфам выволочь его из спальни в центр тронного зала и зачитать их указ.

– Валиан успешно прошёл первое испытание, чем заслужил перейти к следующему этапу. Он обладает нужным змеям качеством насилия, что есть далеко не у каждого вампира или эльфа. (В их постели побывали и эльфы, и вампиры, и за прошедшее тысячелетие из вампиров получили звание «Древних» и полное бессмертие только трое, с которыми Валиан имел честь пообщаться на балу до встречи со змеями. Других же, которых он знал раннее, давно уже не видел.)

Они продолжили говорить, хищные глаза выражали довольство.

– Нам иногда хочется испытать мощные эмоции, потому что жёсткое соитие ценим превыше даже крови.

Он не испытывал радости от прохождения первого испытания. «Я многое повидал и испытал, но этот грязный секс втроём хуже всего, что у меня было за это тысячелетие. Человеческие женщины на такие изощрения не способны. Сейчас у меня появилась интересная гостья, и я бы хотел быть рядом с ней и уделить ей внимания больше».