Мир пауков

– Согласна ли ты Ликорис Анварис сестра нашего владыки Яна, стать женой Эрганлавдия – повелителя пауков?

– Да…

Её мягкий голос пауку сразу понравился и он против воли ощутил давление в чреслах.

– А теперь жених может поцеловать невесту.

Эрганлавдий аккуратно поднял вуаль, и… опешил, дыхание, будто остановилось, сердце загрохотало в горле, а член сразу окреп как заговорённый. Она оказалась не просто красавицей, как он себе представлял, а обладала совершенно нереальной красотой.

– Ты… ты – невероятна, как тёмная богиня красоты, – его голос сел и подёрнулся некой хрипотцой.

Ян рассмеялся.

– Зять, ожидаемая реакция. На мою сестру ни один мужчина не может смотреть без такой же реакции, поэтому я и решил побыстрее её выдать замуж за сильного повелителя пауков, чтобы даже защитить наше государство от войны со всеми кому она уже отказала.

Вороница не поднимала взгляда, длинные чёрные ресницы отбрасывали тень на высокие скулы.

– Посмотри на меня…

Она подняла взгляд, и… он утонул в её глазах, готовых поспорить с лучшим его радужным обсидианом, дыхание прервалось.

Он, будто забыл, что умеет дышать. «Я видел много красивых паучих, но эта вороница затмила всех. Будет ли она покорна?»

Невеста закрыла их и слегка приподняла голову. Эрганлавдий наклонился, так как чуть выше её и мягким движением прикоснулся к пухлым сочным губам.

– Что такое? Грозный повелитель пауков боится поцеловать собственную жену? – подтрунивал Ян, и Эрганлавдий в силу бурного темперамента, схватил вороницу за спину и, прижав к себе, присосался к губам так, что она невольно напряглась.

Насладившись её губами, отпрянул и прошептал на ухо:

– Скоро ты мне отдашь всю себя…

Ликорис не смотрела на него, и он так и не смог понять нравится ли ей, боится она или смела как всё их воронье семейство.

– Идём праздновать, – Ян похлопал его по плечу, примяв ручного паука, сидящего на нём, которого он очень редко брал с собой.

В самом большом гостевом зале накрыли дубовые столы.

Эрганлавдий со зверским аппетитом набросился на тушу оленя, выгрызая внутренности. Вороны также кинулись на еду, запивая отменным вином из высоких бронзовых бокалов.

– А что ж моя жена не ест? – он бросил взгляд на Ликорис, сидящую, как изваяние.

– Захочет, поест, тем более перед страстной ночью это вредно для женщины, – рассмеялся Ян, выпивая ещё бокал. – Всё–таки извиваться в различных позах нешуточное дело.