Замок в наследство. Легенды трёх королевств

А ещё я читала, что мысли материальны! И если чего-то сильно-сильно захотеть, оно обязательно исполнится.

– Слышала я эту теорию. Но не верю в неё, – отмахнулась Тая. – Даже если я сильно-сильно захочу стать королевой Англии, вряд ли это исполнится. Ведь так?

– Но ведь не обязательно мечтать о несбыточном.

– А о чём тогда мечтать, котя?

– О том, что может сделать нас счастливыми. Давай сильно-сильно захотим, и оно воплотится!

– Материализация чувственных идей? Ты слишком часто смотрела «Формулу любви», дорогая.

Леся мечтательно улыбнулась.

– А я вот верю в волшебников и волшебство.

– Ну-ну. Раскрой любую газету, там полно этой публики – от потомственных колдунов до ясновидящих в пятом колене. Нафеячат по самое «не хочу».

– Фу-у-у, я же не про шарлатанов. А потом, ты сама говорила, что веришь в волшебный мир.

– Да, в глубине души верю. Но вся моя жизнь подтверждает обратное.

– А я верю в волшебников вроде Мерлина или Фата-Морганы. Верю, что они живут среди нас.

Только всячески скрывают свои способности и занимаются магией без свидетелей.

– Кошмар какой!

– Не, ну, правда, Таечка, вот приходим мы к волшебнику и говорим: «Дяденька, дай нам счастья». А ему и не жалко вовсе. Потому что он старый и мудрый. И он говорит: «Да сколько угодно!»

– Леся, если они занимаются магией без свидетелей, то как мы-то об этом узнали?

– Ну-у-у, случайно подглядели.

– Нет-нет-нет. Не делай, пожалуйста, из меня вуайеристку.

– Хорошо.

Тогда представь, что мы помогли Мерлину донести авоську из магазина. Он ведь старенький совсем, сумка тяжёлая, а магией на людях он не пользуется. И в награду великий волшебник нас осчастливливает в полном смысле этого слова.

– Отвешивает, так сказать?

– С точностью до грамма!

Леся вскинула руки вверх и закружилась по поляне. Потом замерла напротив корявого, уродливого дуба, непонятно откуда взявшегося посреди сосняка:

– О, великий Мерлин, исполни наши самые заветные желания! – произнесла она с мольбой и, придав лицу таинственно-пафосное выражение, глубоким басом себе же и ответила:

– Быть по вашему, благородные девицы, вы обретёте то, что ищете!

– Аминь, балбеска! – Тая легонько шлёпнула её по тощему заду.

 – Идём обратно, нас, наверно, уже ищут.

Сосновый бор незаметно сменился молодым березняком. Солнечные лучики нет-нет да и пробивали серую пелену облаков, от чего влажная листва переливалась золотом и медью.