Избранная Луной

В противном случае произойдет то, о чем предупреждает песенка из мультфильма «Осторожно, обезьянки!»: «А иначе он взорвется, трах-бабах – и нет его!» Это точно про нас с Дашкой.

Вольский порой к нам присоединялся, но чаще всего безвылазно сидел в кабинете, отвлекаясь от своих дел на приемы пищи, да и то не всегда.

Волчий тоник и прочие подавляющие ипостась зверя снадобья я больше не пила, в результате слух, зрение и обоняние стали острее, особенно последнее. И нос говорил, что Вольский не так уж болен, как старается показать.

Да, значительный урон резерву был нанесен, но далеко не до той опасной черты, за которой начинается магическое истощение или даже самое страшное – выгорание. Почему он преувеличивал, не знаю, да и неинтересно по большей части.

Раз сдерживающее сущность зелье я пить перестала, то и ночи мои изменились: стали тревожными, переполненными плохими снами. Тот кошмар, что увидела, задремав в комнате девочки, на самом деле был вполне реальным: однажды я обратилась во сне и побежала в лес, на территорию волков стаи Горобинских.

Один из них и обратил меня три месяца назад.

Это миф, что вервольфы обращаются только в полнолуние. При полной луне тяга сильней, да. Но перекинуться в волчицу хочется всегда, когда негативные эмоции берут верх над разумом. Это же так просто: р-раз – и вцепился в глотку обидчика!..

Неудивительно, что все преступления веры совершают в состоянии аффекта, тогда как вампиры и маги предпочитают планировать и только потом делать. Как говорится, месть – блюдо холодное.

Прежде чем начать пить волчий тоник, я неоднократно оборачивалась во сне. К счастью, самым большим ущербом становились испорченные ночные рубашки и постельное белье. Каждый раз удача была на моей стороне, и я чудом не попадала в руки тех, кто преследовал меня, начиная с ночи заражения.

Хочется верить, что и в дальнейшем везение не оставит, особенно здесь, где время текло тягучим потоком, а сама атмосфера в доме напоминала полуденную дрему в пик зноя.

Сонную тишь будней нарушила черешня.

Из поздних сортов, она поспела в первых числах августа, когда вкус ранней майской успел забыться. Крупные темно-карминные, почти черные ягоды манили глянцевыми боками, обещая сладкий и ароматный сок. Неудивительно, что лакомиться ими приходили все, и вскоре черешню можно было срывать только с верхних веток, да и то с помощью лестницы. И тогда повар заявил, что будет варить компот на зиму. Я всегда считала, что консервирование – чисто славянская забава.