Огонь в твоей крови

 – А он, в смысле Греко, готов заплатить любую цену. Феликс, естественно, разъярился, ведь все его состояние построено на предсказаниях, и нет таких денег, которые возместят потерю ясновидящей. Как вдруг Касс заявила, что Греко невыгодна возможная сделка, потому что она скоро умрет.

– И? Что дальше? – С горящими от нетерпения глазами Лиля поторопила замолчавшую рассказчицу.

– И все, – развела руками та. – После своего заявления она оставила Феликса и его гостей одних.

– И никто не знает: эпатировала Кассандра публику, как она любит, или сказала правду, – задумчиво проговорила Булатова.

– Если она действительно умрет, я сильно расстроюсь, – призналась Лиля. – Хоть она и вампир, но я видела от нее только добро. Валик и Кассандра – живой пример того, что и среди кровососов есть нормальные люди.

Будущая свекровь неодобрительно покачала головой: Лиля заблуждалась, что могло довести до беды.

– Вампиры – не люди, они злы по своей природе.

– Соглашусь с вами, Лидия. Так и есть. И все же к списку добрых вампиров я бы добавила еще Михаила, телохранителя ясновидящей. Его вообще, по-моему, нужно возвести в ранг святых – с непередаваемой выдержкой он переносит все выкидоны Кассандры и терпит навязанного в ученики Лисовского… ой… – Ира испугано прикрыла рот ладошкой, к сожалению, поздно – Лиля услышала то, что удавалось успешно скрывать больше чем полгода.

– Костя жив? – севшим голосом осведомилась побледневшая девушка.

Ира бросила быстрый взгляд на Булатову, словно спрашивая, как поступить дальше. Лидия едва заметно пожала плечами, мол, что теперь поделаешь, придется признаваться.

– Лиля, мы не хотели тебя волновать. – Полурусалка замялась, собираясь с духом, а затем выпалила скороговоркой: – Лисовский выжил, и Кассандра приказала обратить его в вампира. Но ты не переживай, демона, которым он был одержим, уничтожили.

Последняя фраза мало чем помогла: Макарова, бездумно шаря рукой по столу, наткнулась на чашку с недопитым чаем, нервно стиснула ее – и жидкость в посудине, стремительно покрывавшейся трещинами, бурно закипела. Затем стол усыпало керамическое крошево, вспыхнули в подставке фантазийно сложенные салфетки…

– Лиля! Успокойся! – рявкнула на огневичку, потерявшую контроль, Булатова.