Мудрец

Его опять шатнуло, и он, ударившись виском об угол кухонного шкафа, резко открыл дверь, ведущую в туалет, после чего долго не мог оторваться от унитаза, выплескивая в него все то, что осталось от выпитого и съеденного вчера. Прошло более получаса, пока Сеня смог немного восстановиться. Он налил в ванную воды и решил отмочить сове измученное тело. Посмотрев на себя в зеркало, он увидел растущий синяк под правым глазом и рассечённую, сочащуюся кровью, бровь. В доме не оказалось даже элементарного антисептика, вроде йода или перекиси водорода, чтобы обработать рану, не говоря уже о средствах для лечения синяков.

Он умылся, вытер полотенцем бровь, кровь продолжала сочиться, рана была довольно глубокой. Понимая, что теперь точно останется шрам, Семен вышел из ванной и хотел позвонить Максу, но не обнаружил свой мобильник. Он выглянул в окно.

На улице была прекрасная погода. Светило солнце, небо было безоблачным. Море, видневшееся сквозь зеленые пятиконечные листья виноградника, обвивающего открытую террасу, было спокойным и отливало лазурным цветом.

На площадке, рядом с первым этажом дома стояла его Ferrari с открытой дверью. Семен вышел на террасу, оторвал свисающий плод зеленого киви и откусил плотную кислую мякоть. Его лицо скривилось в жуткой гримасе плутовского шута. Он спустился по ступенькам на площадку, подошел к машине и обнаружил на полу валяющийся мобильник. Батарея была разряжена. Он забрал телефон, захлопнул дверцу машины, так и найдя от нее ключи. Поисками он заниматься не стал. Ему хотелось поскорей добраться до комнаты и подключиться к эфиру. Семен набрал номер Макса.

– Привет, Семен. Куда ты пропал? Два дня не могу до тебя дозвониться. Ты наверно завис с восхитительной журналисткой? – начал разговор Макс.

– Привет Макс, мне не до шуток. Я в полном раздрызге. Разбил себе бровь, а в доме нет никаких медикаментов. Ключи от машины безнадежно потеряны, кроме того, синдром похмелья давит на мозги и выступает на лице.

– Да, ты опять надрался, Семен.

Тебе пора кодироваться. Иначе совсем слетишь. А ты, ведь, талантливый физик, – резюмировал Макс.

– Да, я – талантливый. Но наука отнимает все мое время. И поэтому у меня нет друзей. Только приятели- собутыльники. Когда мне хреново, даже позвонить некому. Вот только тебе и могу довериться, – разоткровенничался Ордынский.

– Понял. Сейчас приеду. Жди,– быстро среагировал Максим и смеясь добавил,– Думаю, что сегодня «на брудершафт» пить не будем.