Исчезнуть навсегда

Да, дорогой?

– Да, все так. Нас всех тогда расспрашивали. Куда она могла уехать, с кем, но никто ничего не знал, – негромко ответил папа. – Я не помню, чтобы она была распущенной. Такая приветливая и открытая девушка. И очень умная. Она закончила какой-то известный вуз. Наши парни по ней с ума сходили.

– И ты? – шутя спросила я. Мама улыбнулась как-то странно.

– Что ты, я даже не смотрел в её сторону. Мне хватало твоей мамы. Она всегда была моей единственной любовью.

Я поняла, что мне пора идти в свою комнату.

Всё эти разговоры о любви, конечно, очень романтичны, но, кажется, я здесь лишняя.

– Что ж, пойду, попробую уснуть.

– Иди, милая, и не думай об этом.

Я налила себе чай и вернулась в кровать. О пропавших девушках я действительно не вспоминала. Я думала о своих родителях. До чего же они чудесная пара, и как им повезло встретиться и найти свою половинку. Они вместе уже двадцать лет, но я не помню, чтобы они хоть раз по-настоящему ссорились. Лишь изредка бывают мелкие бытовые недоразумения.

То папа забыл прибить полку в ванной, то мама добавила в блюдо грибы, которые папа на дух не переносит.

Я помню, как они сильно поссорились лишь однажды. Мы готовились к Новому году, и родители были на вечеринке у отца на фирме. Мама была в тот вечер необыкновенно красивой. Её светлые локоны волнами струились по спине, на губах алая помада, синее атласное платье в пол – она мне казалась мне в тот вечер феей из моих любимых сказок. Отец был в черном костюме и белой рубашке, как всегда, собранный, подтянутый, настоящий герой.

Они уходили в превосходном настроении, мама смеялась своим волшебным смехом. И папа не мог сдержать улыбку. Со мной оставалась мамина подруга Ирина, она жила по соседству и частенько бывала у нас в гостях. Мы с ней много играли, рисовали, в десять она уложила меня спать.

Я проснулась, когда хлопнула дверь. И вдруг услышала мамин голос. Она говорила тихо, но я поняла, что она плачет. Она просила отца подумать обо всём, объясняла, что не знает, как жить дальше.

Что отвечал отец, я не слышала, но звук его голоса был мягок. Видимо, он успокаивал маму, через некоторое время наступила тишина. Помню, я еще долго ворочалась в кровати, а рядом сопел Клаус.

А какие они были счастливые, когда родился Женька. Мне было одиннадцать, но я помню день, когда папа привез маму с братом домой, он был так горд! Ещё бы, у него родился сын. Мама выглядела уставшей, но довольной. Она в тот день так много смеялась.