Тень ее высочества

Он заметил, как на миг исчезло благодушное выражение с моего лица, захихикал и резвым козликом поскакал к фаворитам императора. Как мало нужно для счастья некоторым ущербным!

Впрочем, Локки не выглядит ущербным. У него не видно явных уродств, наоборот, под разноцветными тряпками и бело-синим гримом скрывается остроумный человек с телом гимнаста. Согласно моей теории, делать и говорить людям гадости его заставляет безобразная душа.

– Как я понимаю, шут намекает, что Лилиана замешана в попытке отравления. – Шепот Грэма застал врасплох.

 – Если не возражаешь, допрошу ее сразу после праздника.

– Не смей! В прошлый раз Локки в покушении обвинил Братство магов, но ты ведь не стал выдвигать против них улики? Тем более от букета пострадала и она сама.

– Возможно, выпила антидот? Или с ней работали втемную, не предупредив о яде? – предположил телохранитель. – Ладно, как хочешь. Тем более это твой последний день с фрейлинами. Твоей преемнице с ними контактировать не придется: девушек, как сообщил мне Тристан, удалят из дворца.

Но не тревожься, они получат компенсацию.

Не скрою, я знала, чем окончится авантюра для моих приближенных. Все, с кем я близко общалась, будут отосланы и заменены другими людьми. И все равно мне было горько и грустно.

Я сижу на троне принцессы Северной империи. На мне груда драгоценностей, вокруг толпы царедворцев, готовых выполнить любое желание. Меня стерегут серьезней, чем государственную сокровищницу. И все-таки я никто. Сейчас моя единственная задача – вести себя тихо и не дать убить себя.

Трон Севера – самый лакомый кусочек во всем Межграничье. И любой человек, хотя бы косвенно принадлежащий к роду первой императрицы Микаэль, предтечи магов, хочет его урвать. По закону корона передается старшей дочери, прошедшей испытание Звездным венцом, но если таковой нет, наследницу ищут в другой ветви. Поэтому, чтобы обезопасить единственную дочь, а заодно и свое регентство, Константин готов пойти на многое.

Церемониймейстер невозмутимо оглашал имена гостей, почтивших визитом наследную принцессу, и не обращал на расшалившегося шута внимания.

Новой мишенью для своих острот Локки выбрал принца Артура. Двоюродный братец вертелся в кресле, гневно краснел, сжимал кулаки, но терпел выходки паяца.

Тридцать восемь лет назад мать Артура, принцесса Донна, пыталась свергнуть с престола свою сестру, за что и была казнена на Хрустальной площади Семиграда. Императрица простила юного племянника и приняла в свою семью.