Опять ты!

Осталось подобрать зал с приемлемым расположением и ценой. В тренерский штат желания идти не было, это двенадцать часов шатания по залу за сущие копейки. А прийти к назначенному времени, провести занятия и уйти домой – самое оно.

К четырем часа я выбрала пять тренажерных залов в радиусе двух километров от дома – спасибо нынешней моде на спортивный образ жизни. Не так давно было модно открывать пивоварни или бары с крафтовыми сортами пива, а сейчас спортзалы, но пивоварни, к сожалению, никуда не делись.

Боковым зрением я отметила, что рядом со мной заняли место. Мужчина, судя по ногам, всячески старался обратить на себя внимание, покашливая и слегка задевая меня локтем. Я игнорировала его и продолжала пить остывший кофе, сосредоточившись на мысленном подсчете оставшихся финансов.

– Прошу прощения, – мужчина ощутимо задел коленом мое бедро, – могу я как-нибудь загладить свою вину?

Я была вынуждена оторваться от экрана смартфона:

– Ничего страшного, – безэмоционально ответила и отставила пустую чашку.

На лицо мужчины моментально налетела улыбка, довольно отталкивающая, но которая должна была возыметь на меня противоположный эффект.

– А давайте я вас чем-нибудь угощу, – он озвучил свою гениальную идею.

– Благодарю, чашечку яда, если можно, и себе возьмите заодно.

Огонек интереса в мужских глазах погас.

Молодец, сообразительный.

А меня клонит в сон со страшной силой, идея спать на железных креслах в зале ожидания не кажется такой уж бредовой.

***

Почти к одиннадцати утра я добралась до дома. Только успела переступить порог квартиры, как меня окликнула соседка:

– Васенька, доброе утро.

Доброе – это когда спишь до десяти.

– Доброе, баба Аня. Как вы? – поинтересовалась я, затаскивая чемодан.

– Плохо, доченька, всю ночь голова покоя не давала. А ты отдыхать ездила, неделю тебя видно не было?

Ага, отдыхать, отдохнула так, что и словами не передать.

– Да, к родителям, – я уже взялась за ручку, чтобы закрыть дверь, но меня догнала просьба:

– Васенька, а ты в магазин не собираешься? У меня молочко кончилось, а у Мусеньки корм, – я закатила глаза, привалившись спиной к стене коридора. – Васенька, ты тут?

– Тут, баб Ань. Переоденусь и схожу. Через полчаса принесу.

Только ради пятнадцатикилограммовой Мусеньки и ее неуемного аппетита.