Человеческая оболочка

После, кряхтя и с трудом переваливаясь на костылях, Юрий добрался до своей куртки и из внутреннего кармана достал блестящую вещицу. Это был компас, что много лет назад он забрал у отца маленького мальчика. Старик отдал его Айзеку, сказав, что наследство пришло к нему внезапно. После чего ужасно усмехнулся и замолчал, а на руках у Айзека осталась импровизированная карта. Теперь, чтобы узнать про своих родителей хоть что-то – он должен решиться.

А вот решимости-то у него и не было. Для него все эти слова, про родителей, людей, что могут рожать других людей – лишь слова.

Он никогда не сталкивался со всем этим, живя, может, и не в полной изоляции, но в явном недостатке общения. Те, кто страдали от этого, всегда проходили мимо юноши. Айзек не думал о продолжении своего рода. Пока что. Но на миг, представляя, что это поселение могло бы иметь будущее, Айзеку становилось не по себе. Если бы наша жизнь была как у животных, и поколение одних людей приходило на смену поколению других людей, быть может, мир бы и не остановился в той точке, в которой он сейчас находится. Не замерз бы.

Даже после того, как стемнело и разговор был давно окончен, Айзек, лежа в выделенной ему койке, смотрел в деревянный потолок и думал. Думал о том, какие люди живут в том славном городе? Какими были его родители? Кто и как их убил? Что если они несли чудо рождения в этот замерзший мир, но встретили снежных пиратов на пути, которые обокрали их, бросив замерзать? Или, может их разодрала какая живность? Не может же зло жить так хорошо, существуя за закрытыми стенами.

Ведь если бы там жили злые люди – они давно бы убили друг друга. И стены бы рухнули.

Вопросы появлялись сами собой, и готовность отправиться в путь тоже увеличивалась. Судя по карте, что дал ему дед, ехать было, ну не сказать, что много. Заряда должно было хватить ровно туда и обратно, а это, считай – везение. Обдумывая свою поездку, Айзек провалился в сон. Глубокий и тревожный сон.

Живя по своим внутренним часам, парень редко спал всю ночь, выкраивая время для отдыха тогда, когда ему это было удобно, будь то томительное ожидание добычи в пустошах, или теплый вечер у печки. Дома…

Айзек открыл глаза, удивляясь тому, как он проспал целую ночь, длившуюся почти полтора десятка часов в это время года. Выйдя из комнаты, он поздоровался со своим стариком и молча отправился на кухню, глотнуть воды чтобы смочить засохшее горло.