За гранью грехов

Только не он», – вдруг простреливает ослабевающее сознание мимолетная мысль.

Почему мне важно то, что подумает обо мне Кинг-ублюдок-младший?

Он такой же бездушный сукин сын, как и его отец. Только моложе на двадцать лет. Яблоко от яблони…

Вдруг, стоны и хрипы Роберта обрывает странное шуршание. Я бы даже сказала шипение, издаваемое в купе с подозрительным скользящим звуком, похожим на резкое стекание литров воды по закрытым трубам. Лениво повернув голову в сторону, я замечаю извивающуюся черную змею, стремительно направляющуюся прямо ко мне.

Дэниел. Он здесь. Он смотрит на то, что происходит сейчас. Смотрит на то, как его отец трахает меня на полу, как последнюю шлюху. Черт, меньше всего я хочу, чтобы Кинг видел меня в таком виде.

Заорав первобытным матом, Роберт резко покидает меня. Все словно в тумане, вместо лиц и предметов я вижу лишь причудливые тени, а губы расплываются в одурманивающей улыбке. Сгруппировавшись, сворачиваясь в позу эмбриона, продолжаю улыбаться и наблюдать за калейдоскопом огоньков, взрывающихся вальсом под веками.

Остатками здравого смысла, ощущаю, как по бедрам течет что-то горячее и неприятное. И это не сперма мужа, а моя кровь. Роберт снова не рассчитал своих долбанных сил. Кидаю мимолетный взгляд в ближайшее зеркало – Роберт наградил меня новыми синяками, и ближайшие пару недель мне новые сеты не светят. Я должна была сказать… остановить его, попросить, но не заметила, что он творит со мной, находясь под чертовым кайфом. Или второй вариант: к боли просто привыкаешь.

– Больной ублюдок! Какого черта, Ди? – даже сквозь замутнённое зрение, я могу лицезреть, как Роберт беспомощно валяется на полу. Если бы я могла смеяться, я бы непременно сделала это, так как зрелище довольно нелепое: опадающий стояк Роберта в сочетании с его паникой и ужасающей на вид раной выглядит очень странно. И непривычно. Неужели Кинг-младший бросил своему властному папочке вызов?

– Теперь домой, девочка, – сквозь призму вакуума, улавливаю приятный бархатный баритон.

Девочка… Дэниел Кинг называет свою ядовитую змеюку «девочкой». И как так получилось, что я связалась с этой семейкой? Здесь все ненормальные, это заложено на генетическом уровне. Что ж, подобное притягивает подобное. У меня тоже есть странности, о которых Роберту даже знать не стоит.

– Она что, ядовитая?! Мне бл*дь так херово в жизни не было. Ты за это заплатишь, Ди.