Возврату не подлежит, или Дракон для попаданки

Или кошки, что точнее! Но это точно была она! А значит и я не ошиблась в выводах, хоть и не понимала, зачем главе тайной канцелярии принимать облик спившегося бомжа…

Впрочем, это было и не важно.

С трудом убрав с лица улыбку, я сделала последний шаг и встав буквально в нескольких сантиметрах от Айзека, громко поинтересовалась:

– Простите, вы не подскажите, как мне пройти в тайную канцелярию?

Глава 4. Айзек Скалистый. Синий никому не идёт!

Шумно втянув носом воздух, я медленно повернул голову в сторону голоса Станиславы.

Именно, что голоса. Глазам я не верил.

Зажмурился. Встряхнул головой.

Видение не исчезло.

Моя пара продолжала стоять в нескольких сантиметрах от меня, смотря с укором, плескавшимся в красивых глазах.

– Балливар прав, – усмехнулся я, демонстрируя беззубую улыбку накинутой личины. – Пора завязывать. Но как же тебе идёт зелёный…

Потянувшись за кружкой, я сам остановил себя, устало растерев лицо ладонями.

Вот она. Стоит передо мной. В простом платье.

Но даже такому видению я был рад. Хотя и сам прекрасно понимал, что этот путь в никуда.

До чего я докатился? До галлюцинаций.

– А тебе не идёт синий, – строго произнесла Станислава, выдвигая соседний стул и опускаясь на него.

– Синий никому не идёт, – отозвался я, рывком поднимая с пола гувернёра и усаживая его на свои колени. – Кроме сотрудников канцелярии, разумеется.

– Ик! – выдала Анфиса от моих действий, распахивая глаза. – Мой прошлогодний компотик, осторожнее, – выдала она крутя мордой и рассеяно смотря на Станиславу.

 – Моя карамелька с этим… как его? Да какая… ик!.. разница! Ты надолго вернулась? – протянула она, плюхая мордочку на столешницу. – Какое щ-щ-щасте! Хр-р-р…

– Не хорошо, – протянул я, хмуро уставившись на пустые кружки.

Что же они в своё пойло добавляют, что у нас с гувернером общие галлюцинации начались? Да и ладно бы приятные… Нет, я не спорю, Станиславу я был рад видеть даже так, не по-настоящему. Вот только смотрела она на меня как-то не очень добро.

Без любви…

Хотя, какая любовь? Она же сама сказала, что…

– Ты прав. Хорошего тут мало. Ты зачем это сделал? – галлюцинация кивнула в сторону пускающей на стол слюни Анфисы.

Мало мне было собственных терзаний. Разум решил сделать их ещё невыносимее, визуализируя самую желанную для меня женщину. Желанную, недоступную и предъявляющую мне претензии.

Опять.

– А я всё делаю не так, верно? – рассмеявшись, я почесал гувернёру между ушами.