Возврату не подлежит, или Дракон для попаданки

 – Не переживай, моё недовольное, но самое дорогое видение. Завтра возьму себя в руки.

– В таком случае, завтра и поговорим, – покачав головой, Станислава поднялась со стула, смотря на меня сверху вниз.

– Завтра тебя здесь не будет, – тихо выдохнул, смотря на такие манящие губы. Даже руку поднял, желая прикоснуться к своей истинной, но тут же опустил её. Я дотронусь – она растает. А так… хоть какое-то подобие разговора. – Ты ушла. И единственные, кто могут вернуть тебя, упёрлись своими зелёными лбами…

– Ты так уверен в этом?

– Абсолютно, – откинувшись на спинку скрипнувшего от слишком резкого движения стула, я придержал чуть не съехавшую на пол Анфису за шкирку.

– Видение? – Станислава едва заметно улыбнулась. – В таком случае, тебя… совершенно незнакомый мне любитель выпить на пару с… котом, ждёт сюрприз. Потому что я хочу…

– Стася! – галлюцинации помешала договорить подбежавшая к нам старушка, с брезгливостью окинув меня цепким взглядом.

– Да я… – начало оправдываться моё видение, подхватив старушку под локоть, ненавязчиво уводя её в сторону. – А где Дургуза? Коробочку нашли?

– А как же! – старушка снова посмотрела в мою сторону, обернувшись через плечо. – Внуча, ты бы аккуратнее. Этот тип явно не в себе.

– Да я просто спросить у него хотела… про канцелярию, да и вообще…

– Так у этого то зачем? У тебя же Азер есть! – возмутилась старушка.

– Ба! – шикнула на неё Станислава, и я увидел на щеках девушки так полюбившийся мне румянец.

Какая странная галлюцинация.

Я смотрел им вслед и прислушивался к дракону.

Он молчал.

Впрочем, он последнюю неделю только это и делал. Что и не удивительно. Я столько сдерживающих эликсиров в себя влил, чтобы с ума не сойти от его тоски по паре, что…

Да и не только их я в себя вливал.

– Подруга! Сюда! – вскинув голову на голос Дургузы, я продолжал наблюдать.

Дургуза.

Станислава.

Старушка, которую она называет бабушкой.

Анфиса…

– Анфиса! – рявкнул я, встряхнув гувернёра и дождавшись, пока она проморгается, повернул её морду в сторону Станиславы. – Ты её видишь?

– Кого, мой ликёрчик? О-о-о…. – она упёрлась в столешницу передними копытами, пытаясь влезть на стол. – Моя карамелька! Мой пирожочек с корицей! Моя Стася-а-а-а!!! Стася! Пусти! Пусти!

Поставив молотившего в воздухе лапами синего кота на пол, я наблюдал удивительную картину.