Оператор моего настроения

– Не подходи, кобель! Не трогай меня! Ты все только портишь! Зачем ты пришел?

– Еля… – отклонившись от очередной пощёчины, снова впечатывает собой в стену. Перехватывает руки и прижимает их к стене над головой. – Еля, мне нужна только ты. Еля! Мне нужна ТЫ! Просто скажи, что я тебе нужен, и больше не будет никаких баб. Будешь только ты одна. Еля, я сделаю все, что ты скажешь, только уйди от него и скажи, что я тебе нужен.

– Уйди. Уйди! Уйди!!!

– Еля…

– Уйди, Макс! У нас ничего не будет! Никогда ничего не будет! Ты – ошибка! Я тобой попользовалась тогда, и сейчас тоже! Открой глаза, Макс! Зачем мне такой, как ты? Ну!? Подумай! – выдернув руки, отталкиваю от себя и убиваю себя и его.

 – Я просто хотела позлить Борю, чтобы он приревновал. А ты удачно подвернулся под руку.

– Еля, нет…

– Да, Максим, да! Не все тебе пользоваться. Я просто использовала тебя!

– Еля, ты врешь!

– Да!? – нервно рассмеявшись, киваю на куртку Рокотова на вешалке, на его ботинки, иду в комнату и раскрываю шкаф, чтобы показать полку с мужскими вещами на ней.

 – Это тогда что? Мое? Еля? Я не Еля. Своих малолеток так называй. Уходи, Максим. Не порти мою жизнь. Пожалуйста, не лезь в нее.

– Повтори ещё раз.

– Я тобой попользовалась. Уходи.

Грохнув кулаком в стену, так, что я дернулась и отшатнулась назад, Максим помотал головой и прохрипел:

– Ты знаешь мой номер, Еля. Если что… просто позвони, – дернув подбородком, развернулся, а через секунду хлопнули двери, из-за которых донеслось несколько глухих ударов и обезумевшее от боли, – Фа-а-а-ак!

8.

 Клей

– Ден, дай вискарь.

– Ого! Что с рожей, Клей? Телочка не дала?

– Иди на хуй! Вискарь дай и свали в туман.

– Фил сказал, что ты в завязке…

– Да пошли вы все!

Перепрыгнув через стойку, беру с полки початую бутылку «Джека» и ещё одну полную из шкафа, цепляю стакан и, бросив на кассу кошелек, иду в самый темный угол бара. Там падаю на диван, сворачиваю пробку и матерюсь сквозь зубы – пальцы дрожат, как у припадочного, и вискарь льется куда угодно только не в стакан.

Кое-как наполнив его на половину, закладываю салфетками расползающееся по скатерти пятно, вытаскиваю сигареты с зажигалкой и зло спрашиваю:

– Настучали уже?

– Типа того, братка, – Фил ставит ещё две бутылки, пепельницу и опускается на стул напротив, развернув его спинкой к столу. – Кто отделал?

– Какая нахрен разница?

– Если за дело, то все о'кей. Если нет, съезжу и вломлю.

– Только тронь ее. Убью.