Новогодняя аллергия

Стоило только увидеть свое отражение в зеркальных дверях лифта. Почти двухметровая детина в коротеньком полушубке, едва прикрывающим задницу, юбка, белые лосины и красные сапоги сорок пятого размера. Блядь! Блядь! БЛЯДЬ!!! И в таком наряде он тащил меня на улицу.

– Кума, давай я куплю тебе любую тачку! Любую, какую только захочешь!

– Поговорим об этом через… – он смотрит на часы, – …одиннадцать часов и двадцать пять минут.

– Кума…

– Нет таких причин, которые остановят Деда Мороза на пути Добра! – заголосил он.

Дзинькает лифт, раскрываются двери, и посох упирается мне в спину, – Вперед, внученька! Счастье близко!

– Счастье настанет тогда, когда я тебе бороду в глотку сапогом втолкаю по самую печень!

– Все это через одиннадцать часов! Давай, брат, не ссы! Страшно только в первый раз.

Кума впихивает меня в лифт и жмет кнопку первого этажа, а я всерьез прикидываю свои показания, которые буду давать по поводу убийства этого самозванца. В особо извращенной форме.

С расчлененкой, кучей ошметков и лужами кровищи. От мыслей куда я затолкаю ему посох, а потом и мешок, или сперва мешок, а затем уже утрамбовать его посохом, меня выдергивает дзиньканье лифта. Двери медленно расползаются в разные стороны, и я прекрасно понимаю, почему так шарахнулась девушка с таксой на руках.

– Проходи, красавица! – манит ее Кума, – Прокачу с ветерком!

Девушка отрицательно мотает головой, делает шаг назад, но Куму понесло.

– Да не волнуйся ты! Мы просто на костюмированную вечерину с брательником едем.

 – говорит он, останавливая закрывающиеся двери ногой в валенке, – Хочешь, я даже пригласительные покажу? Дэн, ой, Снегурыч, подтверди.

Я киваю, тяну его за рукав…

– Ты ее пугаешь, Снегур! – Кума высвобождается и выходит на площадку, – Ух ты какая сосисочка.

Клацают зубы, Кума одергивает руку.

– Ого. А разве таксы не охотничьи собаки? Чуть палец не оттяпала!

– Кума! Отвали от девушки! – рычу я. – Ты там добро хотел творить, а сам… Идиот… Не все твои приколы понимают… Даже я их сегодня не понимаю…

Пока все это проговариваю, я развязываю мешок, достаю оттуда пару мандаринов, первую попавшуюся коробочку и протягиваю девушке.

– Возьмите, пожалуйста, и простите этого кретина. – произношу как можно более успокаивающе, но девушка снова мотает головой, и сильнее прижимает к себе таксу. – Честное слово, мы не хотели вас напугать. Если бы знали, то пошли пешком.