Янтарный свет во тьме луны

– Не смеши меня, хватит стеснятся. В этом имении нет никого, от кого требуется прятать твою природу. Вон, Яо, ходит светит своей каменисто-серой мордой и ничего, а у тебя всего то несколько хвостиков.

Изобразив вполне удрученный вздох, Кохэку тряхнул головой и по его телу прошла чуть заметная рябь от легкой волны энергии, являющей его настоящий вид. Зрачки в его янтарно-желтых глазах вытянулись, став узкими вертикальными щелками, кончики ушей заострились и покрылись черной бархатистой шерсткой, в тон вихрастым волосам, падающим волнами на плечи, а за спиной взметнулось пять пушистых черных лисьих хвостов с багровыми кончиками.

В остальном внешность парня особо не изменялась, все такой же подросток пятнадцати лет, каким он и был.

– Так лучше? – буркнул Кохэку с заметным облегчением в голосе. Поддержание человеческой формы требовало немало внимания и концентрации, а теперь он наконец мог расслабиться. Лю беззвучно хмыкнул.

– Намного, но это ты и без меня знаешь.

А теперь идем, хозяин должен знать свои владения, не так ли?

3

Весенний день заканчивался медленно, солнце лениво опускалось за горизонт. Прогретая по-летнему жаркими лучами земля начала остывать, а духоту разгонял слабый ветерок. Ясное небо теряло свой насыщенный голубой оттенок, уступая место нежным пастельным цветам.

Спустившись по ступеням с залитой золотистым светом террасы, Цинь очутилась прохладной тени сада. Терпкий аромат жасмина защекотал нос и, не удержавшись, девушка звонко чихнула.

Отец засадил этим кустарником весь сад, в каждой его части хоть одно деревце да есть. Для него они значат очень много. Хотя Цинь и не любила запах этих цветов, она тоже с нежностью любовалась ими. Мама обожала их, все эти кусты росли в память о ней.

Проходя под покрытыми белыми запашистыми цветками ветвями, девушка с тоской вспоминала их совместные прогулки. Мать тогда рассказывала ей, еще маленькой девочке, разные истории. О храбрых самураях, о екаях и о демонах.

о приключениях и невероятных открытиях. А особенно часто рассказывала легенды. Их она знала десятки. Иногда Цинь казалось, что не может быть столько легенд, но мама тут же начинала рассказывать новые, так что дочери оставалось лишь завороженно слушать.

А вот о заклинателях она упоминала редко. Даже в разговорах родители старались поднимать эту тему как можно реже, щадя чувства дочери, лишенной заклинательского дара.