Звездочеты

 – Бывший сокольничий Улугбека, выросший в крупнейшего астронома и математика своего времени. Единственный человек, которому Улугбек на протяжении всей своей жизни доверял всецело. Только он один мог знать точное местоположение тайника. Не исключено, что ваш самаркандский документ частично написан его рукой. Впрочем, к его персоне мы с вами, полагаю, будем возвращаться еще не раз.

Надыбин подошел и встал рядом:

– Так значит, подлинник этой миниатюры написан еще при жизни Улугбека?

– Ни в одном из источников мне не приходилось встречать возражений специалистов на этот счет.

Какое-то время мы молча смотрели на репродукцию, перенесшись мыслями на неполные шесть столетий назад.

Хозяин вдруг переполошился:

– Послушайте, а ведь соловья баснями не кормят. Давайте-ка позавтракаем вместе. Заодно я опишу вам в общих чертах своих родственников. Дам, так сказать, информацию к размышлению.

– Не вижу причин для отказа…

ГЛАВА 11. ТРИ ПРЕТЕНДЕНТА

Тело Тимура еще не остыло, а в царской палатке уже разгорелись жаркие споры.

Нет, речь шла не о завещании великого эмира, последнюю волю которого никто не решился бы в тот момент подвергать сомнению, да еще публично.

Спорили о другом.

Одни выступали за то, чтобы скрыть смерть великого эмира от войска и народа, тело временно похоронить в каком-либо удаленном мавзолее, а затем продолжить поход на Китай.

Другие стояли за пышный государственный церемониал похорон и за скорейшее возведение на престол наследника, который и вынес бы решение о дальнейшей судьбе похода.

Жизнь в считанные часы сама разрешила этот спор.

Ибо уже вскоре весть о смерти «сотрясателя вселенной» неведомыми путями разнеслась по всему лагерю и птицей полетела дальше, во все концы необъятной державы.

Разве такую новость можно было удержать взаперти?

Эмиры и вельможи постановили, наконец, быстрее вернуться в столицу и приступить к устройству государственных дел уже без Тимура.

К наследнику Пир-Мухаммеду, в далекий Кандагар, лежавший за занесенными снегом перевалами, помчались гонцы с разъяснительными письмами.

Но гораздо раньше другие гонцы домчались до Ташкента и до Ясы, где стояли, соответственно, полки правого и левого крыла армии.

Ведь находившиеся здесь эмиры и вельможи тоже должны были дать, согласно последней воле Тимура, клятву верности новому правителю державы.

Первым получил это известие принц Халиль.