Вредность не порок

Расположение их столика и, самое главное, демонстративное нежелание охраны принимать участие в этом инциденте навели меня на мысль о том, что граждане из этой компании спокойно могут позволить здесь так себя вести. И скорее всего, не только здесь. – Видишь ли, у меня сильное подозрение, что из всех козлов, находящихся в этом зале, ты выкинула того, которого выкидывать нельзя.

– Почему?

– Потому… – Тут я увидела, что от той самой компании отделились двое и двинулись в нашем направлении. – Господи, кажется, начинается…

– Начинается что? – переспросили девчонки, и, опережая их желание разом оглянуться, я зашипела:

– Не оглядывайтесь! И если что…

– Что если что? – вытаращила глаза Ирка, застыв на стуле.

– …Не бузите, улыбайтесь, кивайте и со всем соглашайтесь! – последние слова я выпалила скороговоркой и, растянув рот до ушей, пропела: – Здравствуйте!

Девчонки, сидящие к залу спиной и поэтому не видевшие ещё подошедших мужчин, разом замерли, неотрывно глядя мне в глаза и изображая приветливый оскал.

– Здорово, здорово, – послышалось небрежно растянутое в ответ, подруги не вытерпели и скосились на подошедших. – Отдыхаете?

– Ага! – гаркнули мы, словно по команде и заулыбались так, что в ресторане смело можно было бы выключить свет.

Украдкой разглядывая подошедших мужиков, я пришла к выводу, что ранее с ними не сталкивалась. Хотя понять, что они собой представляют, было не слишком сложно: блатная манера растягивать слова и своеобразная спортивная униформа говорили сами за себя.

– Может, потанцуем? – мечтательно протянул тот, что был повыше и обладал весьма примечательными оттопыренными ушами, производящими на фоне отсутствия растительности на голове довольно сильное впечатление.

Мы неопределенно замычали, пряча глаза и, вероятно, испытывая общее желание оказаться под столом.

– Ну чё? – уточнил второй, разглядывая наши жалкие ужимки в полном недоумении.

Я уже была готова согласиться, что не умею себя вести не только в натуре, но и во всех остальных местах тоже, однако тут подала голос Ирка:

– Мы бы с удовольствием, только видите, музыка уже кончилась, так что извините…

Это была, конечно, промашка. Оценив сказанное, Ушастый живо развернулся в сторону сцены и крикнул:

– Веня, давай!

И Веня дал.