Внучка жрицы Матери Воды

Поэтому порог, переступив через который и оказываешься по ту сторону обыденности, в случае с Реги-Моном преодолён не был. Мы как бы и топтались совсем рядышком с этим порожком, но моё детство, о котором он хорошо помнил, не давало ему необходимого по силе импульса, чтобы схватив меня в охапку, перепрыгнуть за эту сакральную черту.

Была ли я влюблена в него? Возможно, но в том самом смысле, когда говорят: мечтают об аристократических пирах, да кушают то, что в доступе. Он валялся на спине, раскинув ноги в мокрых купальных подштанниках, суша их.

Между его ног выпирало нечто такое большое и бесформенное, что разглядывать мне совсем не хотелось, и я отводила взгляд в сторону, ожидая, чтобы он поскорее убрался, куда подальше. В одежде он нравился мне куда как больше, а таким вот, полуголым и бесстыдным, с выпуклой грудной клеткой, уже покрытой порослью волос и с таким же волосатым животом, что угадывалось сквозь мокрую ткань, любоваться им желания не возникало. Только он ничуть не чувствовал, как досаждает мне его подчёркнуто-животный облик. Он считал себя безусловным совершенством, привыкнув к востребованности своей особы со стороны многочисленных девушек. Да ведь и мне он нравился! Но всё же как-то иначе, возвышенно и без чувственного восторга, пока что мной неизведанного. Я озиралась по сторонам, не скрывается ли где-то поблизости странный и привлекательный «псих»? Отчего-то казалось, что он устроен как-то иначе, не так отталкивающе… Но ни поблизости, ни на мосту его не оказалось…

Потом жаркий сезон закончился, подступала прохлада, таща за собою набухшие дождевые облака.

Окрыляла оставшаяся надежда на скорый и следующий жаркий сухой сезон, только «псих» так и не появился… Нет, не забылся, а всё же постепенно размылся его облик, но не его удивительная улыбка… Я бы даже сказала, что, в общем-то, пустяковое событие осталось не столько даже в активной памяти, сколько в сердце…

Глаза незнакомца, – а он так и остался для меня загадочным незнакомцем, – заметно блестели и были направлены только на меня! Будто Эля и не стояла рядом.

И как тогда в реке меня охватила извне непонятная сила, но, не пугая, а окутывая и завораживая. «Где ж ты столько времени пропадал»? – негодовала и ликовала я одновременно. Я даже сделала шаг ему навстречу, – наверное, он того и хотел, если намеренно гипнотизировал, – но как-то неловко пошатнулась и уцепилась за руку Эли, отчего она ойкнула.