Принц и нищий для русской золушки

 – Ходит в перешитых обносках, а ещё принцессу из себя строит.

– Зато у неё есть самое нужное для девушки, – возразили ей парни, – классное лицо и классная фигура.

Ирка надулась и затаила обиду. Постепенно девчонки перешли на её сторону, а я осталась в изоляции, окружённая сочувствующими мальчишками.

А десять дней назад я отравилась в забегаловке, находящейся напротив института. Решила позволить себе пирожное с кремом, а оно оказалось несвежим. Отравление купировали розовым раствором марганцовки, но боли в кишечнике не прекратились.

Так вот, множественные злоключения и заставили меня начать писать этот дневник, превратившийся в небольшую повесть. Идея написания настоящего произведения мне понравилась, и я, приходя домой, присаживалась за ноутбук, чтобы отдавать ему накопившуюся за день отрицательную энергетику. Вот и сегодня, погоревав над порванными колготками, под мамины завывания я удалилась в спальню, чтобы пожаловаться компьютеру на своё нищенское житьё-бытьё.

На душе скребли неразрешённые родительницей кошки, коленки и ладони саднило, хотелось плакать от того что оказывается все замечали мои перешитые тряпки, просто до поры до времени про это никто не говорил, но, видимо, шептались меж собой и подсмеивались над моей наивной предприимчивостью.

И тут я почувствовала себя золушкой и поняла, что больше в обносках в институт не пойду ни за какие коврижки, пусть даже останусь без образования.

– Это гордыня, дочка, – подошла сзади мама и, коснувшись моей макушки губами, зашмыгала носом.

А потом вынула из синей бархатной коробочки единственный оставшийся после папиной смерти перстень с большим бриллиантом и протянула мне. – Отнеси его в ломбард и купи себе всё необходимое.

Я развернулась и, взяв драгоценность, разрыдалась в голос.

Глава 2. Бомж моей мечты

Утром я не поехала на лекции, благо было всего три пары, а захватив перстенёк, направилась в ломбард, думая о том, что совершенно не знаю цены на бриллианты.

Почему мама доверила мне столь ответственное дело, я так и не поняла, хотя всю ночь размышляла об этом. А ещё я мечтала о красивой голубой куртке, норковом манто, белых кожаных сапожках и длинном платье из алого шёлка или красного гипюра. Нет, я не рассчитывала сразу же отдать на продажу драгоценность, это было бы уж слишком опрометчиво, просто дикое любопытство, какова её стоимость, не давало покоя.