Конский волос

– Поторопить их надо, а то сколько можно дом снимать?

– Это верно, – поддержала его Савицкая, – не зря же им, в самом деле, деньги платят.

Но Кречетову, похоже не хотелось говорить на эту тему.

– Какие у вас на завтра планы? – быстро спросил он Дубкова и Сорокина.

– А в лес пойду, – сказал Дубков.

– А что там в лесу делать то? – удивился Сорокин. – Комаров кормить?

– Позавчера приехал, а в лесу еще не был, – сказал Дубков.

– В конце июня в лесу делать нечего, – глубокомысленно изрекла двоюродная сестра.

– Ну а ты, Санек, куда собираешься? – спросил Кречетов Сорокина.

– Только на речку, – ответил тот, – загорать и купаться. А вы, Пал Ильич?

– Да, порыбачу чуток, если дел не набежит.

– Отдыхать надо, отдыхать, – убедительно произнес Сорокин, подкрепляя свои слова задорной улыбкой.

В этот момент Манюня снова потребовала есть и на этот раз ее уже не попросили пойти погулять, так как все было уже готово.

Глава 4

Строители

Дом для Кречетова строили четыре человека: Петр Петрович Бобриков, Михаил Лазаревич Михайлов, Василий Кузьмич Никитин и Федор Максимович Деникин.

Петру Петровичу Бобрикову было сорок пять лет. Роста он был невысокого, почти совсем лысый, не в меру упитанный. Бобриков отличался дружелюбным и веселым характером, любил пошутить.

– Эй, Деникин, а где ты Юденича потерял? – любил поддразнивать он приятеля.

Деникин неизменно мрачно отвечал, что никакого Юденича он не терял и даже в глаза его не видел.

Уже по одной этой фразе становилось ясно, что Бобриков имел некоторые познания в истории, он даже слышал фамилию Колчак!

Петр Петрович страдал болезнью, довольно распространенной среди рабочих. Он прекрасно умел изображать видимость деятельности. С важным видом расхаживал он взад вперед, давая указания сомнительной ценности. Лишь когда Кречетов пригрозил его уволить, Бобриков кряхтя начал что-то делать.

Михаил Лазаревич Михайлов был трудягой, его даже прозвали рабочей пчелкой. Михаил Лазаревич находил в труде удовольствие. Он работал много и самозабвенно. Это был творец. Он всегда питал страсть к причудливым архитектурным формам и уговаривал Кречетова выстроить треугольный дом. Кречетов отказывался, потому что не мог представить себе такого чуда.

– Вы наверное в детстве хотели архитектором быть? – предположил он.