Самый вкусный пирог в мире

Когда человек, которого вы знаете несколько минут, заслоняет вас собой от грабителей, вы вряд ли останетесь равнодушны. Особенно если потом везли его в больницу и держали за руку.

За волнением и интересом придет увлечение. За ним последует влюбленность – а влюбленная девушка готова на все ради предмета своей страсти. Я, разумеется, не собирался делать ничего дурного. Я не из тех мерзавцев, которые заставляют подруг брать кредиты, чтобы оплатить какие-то свои прихоти. Мне нужен всего лишь рецепт удивительного пирога, который станет жемчужиной девятого тома «Академии».

Глория не отдаст его просто так. Повара хранят свои секреты так, что разведчики могут им позавидовать. Значит, придется искать другой подход – и я понимал, что нахожусь на верном пути.

У меня был сосед по палате – похоже, паралитик в коме: лежал, уткнувшись лицом в стену, и не подавал признаков жизни. На завтрак подали кашу, которая практически не отличалась от оконной замазки и на вид, и на вкус. Компанию каше составляло вареное яйцо и ломтик хлеба.

Незачем обжираться, ты в больнице, а не на курорте – я согласился с таким подходом, съел яйцо с хлебом и провел несколько часов, составляя очередную статью для девятого тома на листках для рецептов, которые мне принес санитар.

Когда часы пробили полдень, в палату заглянула Глория – удивительно красивая, встревоженная, наполненная каким-то тихим светом. Я с удовольствием убедился в том, что она действительно не спала ночью – под глазами залегла синева, которая придавала прекрасной поварихе особенное очарование.

– Глория! – воскликнул я. – Ты!

– Я, – ответила Глория, присела на край моей кровати и принялась выгружать коробочки и свертки из большой сумки. Запах был такой, что у меня снова шевельнулись волосы на голове. – Принесла тебе обед и ужин. Больничная кормежка – невеликое удовольствие.

Она старалась держаться спокойно и независимо – но я видел ее волнение.

– Что ты, не стоило так волноваться, – ответил я. – У тебя ведь много дел.

– Вижу, и у тебя тоже, – заметила Глория, указав на мои исписанные листки, и я в очередной раз обрадовался тому, что пишу стенографически, и никто не сможет разобрать мои каракули.

– Да, набрасывал статью про Ченцо Миренни, – ответил я. – Он боксер, недавно выиграл чемпионат королевства.

– Знаю, – улыбнулась Глория, и я подумал, что это похоже на свидание. – Мой сосед его горячий поклонник.

– Все-таки не стоило тебе беспокоиться, – сказал я.