Тайна трех сердец

На переднем плане изображен пенек, а на нем – три блестящих кольца.

* * *

Родители Лина обожали горы. Каждое лето семья отправлялась в путешествие по странам, которые могли предложить что-то интересное смельчакам-альпинистам. Лина же тянуло в море, на худой конец к озеру или реке. Он любил плавать. Поэтому, если вдруг среди гор мелькали голубые островки воды, мальчик умолял родителей свернуть туда и наслаждался купанием. Его не останавливал даже холод, и он рад был плескаться в источниках, стекавших с гор.

Иногда Лину казалось, что родители ищут в пещерах какой-то клад. Он не раз перехватывал таинственные взгляды, которыми обменивались взрослые. Однажды мальчик не выдержал и спросил их об этом. Семья как раз сидела у костра и ужинала. Отца очень рассмешило это предположение, он так хохотал, что даже повалился на спину. Мама же долго хихикала над странным предположением сына. С тех пор они частенько называли себя кладоискателями.

Лето подходило к концу, когда Лин с родителями уселись в уютный поезд, обещавший домчать их до дома за двое суток.

Лин уже скучал по Антону и Славе. Поздно ночью, когда свет в вагоне погас, мальчик рисовал в альбоме водопад. Он не задумывался о том, почему, несмотря на окружавшую его темноту, он прекрасно видел свою картину.

Наутро Лин пропал. Мама с недоумением рассматривала рисунок, одиноко лежавший на столе в купе: река низвергала свои воды с высокой горы. Сияла такая яркая луна, что под ее светом в брызгах водопада переливалась радуга.

Лунная радуга была очень редким природным явлением.

– Где он видел ее? – тихо спросила она мужа.

Тот лишь пожал плечами. Ни проводник, ни соседи, ехавшие с ними в вагоне, не заметили, когда исчез мальчик. Вернувшись домой, родители Лина первым делом навестили Станиславу, бабушку Антона.

* * *

Солнцеслава завороженно уставилась на закат. «Завтра мы едем домой». Она сидела на огромном камне и любовалась пленительным зрелищем.

Сирес, ее тетя, болтала поодаль с хозяйкой домика, у которой они останавливались каждый год.

«Надо будет нарисовать этот восхитительный пейзаж», – думала девочка. Летом она неожиданно увлеклась живописью. Нигде не обучаясь, Слава, к удивлению Сирес и всех здешних знакомых, делала неплохие наброски, восхищавшие теплой и светлой атмосферой.

Вот и сейчас в ее руках был карандаш. Слава не сводила глаз с солнца, уходящего за морской горизонт.