Это знал только Бог

Взяв таблетку, Мила поблагодарила и вернулась в палату, села на кровать, обдумывая новый план.

Через час она опять двинула к дежурным медсестрам, на этот раз ни одной не было на месте. Мила влетела в застекленную комнатушку, изучила глазами стол… Есть. Ключи у настольной лампы. Взяв ключи, Мила ринулась к комнате с лекарствами, открыла ее, быстро вернулась и положила ключи на место. После снова вошла в комнату с лекарствами, тщательно закрыла дверь и включила свет. Стараясь не шуметь, но действуя с торпедной скоростью, она нашла несколько упаковок со снотворным, вытащила одну, выключила свет и выглянула в коридор.

Никого. Мила рванула к себе, упаковку снотворного сунула в косметичку, косметичку – в тумбочку и легла на кровать, держась за сердце, которое выпрыгивало из груди. Конечно, можно было купить снотворное в аптеке внизу, но это глупо. Итак, первый этап осуществлен, теперь надо дождаться следующей ночи.

8

– Простите, сэр, – обратилась к Линдеру мулаточка.

 – Нью-Йорк не принимает, сильный туман.

– К какому аэропорту мы сейчас ближе? – спросил он.

– Майами.

– Запрашивайте. Ну-с, господин Алейников, вы бывали в Майами?

– Не приходилось, – ответил Вячеслав, подразумевая, что на Майами у него никогда не было мани.

– Там очень красиво, но я люблю Бразилию.

Это Вячеслав заметил. Накренившись, самолет сделал разворот и полетел на юго-восток. Ну а Линдер продолжил:

– Как и говорил Тарас, меня вызвали к следователю.

Разумеется, я волновался, хотя мы замели следы. Но не предполагал, что у следователя меня ждут два удара…

Губин курил папиросы, Николаю не предложил закурить, впрочем, хорошо, что не предложил, заметил бы трясущиеся руки. Этот пятидесятилетний мужчина с проницательными глазами, явно видавший на своем веку много всего, внушал доверие, однако Николай знал по опыту, какими коварными бывают следователи. Вопросы задавались обычные: как давно Линдер знает Пахомова, чем профессор занимался вне института, с кем дружил, с кем враждовал и так далее.

Выслушав ответы, Губин выдвинул ящик стола, взял лист и кинул на стол:

– Прочтите.

Николая словно обухом ударили все по тому же месту – голове.

«Довожу до вашего сведения, что Николай Карлович Линдер пробыл у профессора Пахомова четырнадцатого октября с восьми вечера до двадцати минут первого ночи».

И все.