Спаси меня

Молодая женщина успела вымокнуть, будто прямо в халате и тапочках, один из которых лежал рядом, приняла сначала душ, а потом ей стало плохо, и она не смогла толком закрыть кран, упала в угол.

– Вызывай милицию, Севастьян, – сказал Макар, сам же присел перед мертвой женщиной, потер ее лоб тыльной стороной ладони. Сзади несколько раз всхлипнула Алина, вызвав у него раздражение. – И выведи Алину!

Он изучал тело, начиная с ног, изучал пол вокруг трупа. Один тапочек на ноге, второй лежал у бедра, ничего интересного не было.

Глаза Макара заскользили вверх по трупу. Халат на груди распахнут. Лицо с приоткрытым ртом…

– Убита, убита, – определил Дергунов-два, нависнув над ним. – Ей не стало плохо, как ты подумал, да и на вид она здоровая. Ее убили в комнате, труп перенесли в душевую, по дороге потеряли тапочек, потом забросили его сюда, поэтому он лежит у бедра, а не у стопы. Да и как бы она принимала душ в одежде и тапочках, а? Нет, ее перенесли сюда уже мертвой. Бросив бездыханное тело, убийца включил эту штуку, напоминающую душ, налил на труп воды…

– Зачем?

– Кто ж его знает? Может, убийца облил ее, надеясь, что вода смоет с трупа его следы.

– Чем же ее убили? – спросил Макар. – Как будто следов насилия нет.

– Голова у нее… целая, ломом ее не проломили. Черт, подбородок закрыл шею. На скуле ссадина… но давнишняя. На шее следа от шнура нет, значит… Видишь: рот открыт, как при удушении? Руками задушена. Посмотри на шею сбоку. (Макар привстал, наклонился к трупу, посмотрел слева, потом справа.

) Видишь округлые следы?

– Вижу. По краям нечеткие, значит, убийца руками обхватил шею. – Он выпрямился. – За что ж ее так? Простую цветочницу?

Он ринулся в комнату, остановился на пороге. Следов борьбы здесь не было. На софе небрежно брошены: плед, подушка и раскрытая книга. Следовательно, убийца пришел, когда она лежала перед телевизором. Он позвонил, представился, например, сантехником, она открыла и…

– Раскладушка, – указал Дергунов-второй в угол.

Да, там стояла сложенная раскладушка, на ней лежали одеяло и белье, которыми явно пользовались.

Значит, кто-то ночевал у Иды, собрался ночевать еще, поэтому раскладушку и белье хозяйка не убрала.

7

Троица изрядно наследила, Макару было стыдно, потому что там, где могли остаться отпечатки пальцев убийцы, оставил отпечатки он. Но откуда же ему было знать о трупе в доме? Да еще где! В душевой, а не там, где ему полагалось быть – в комнате или в коридоре.