Три грации на обочине

Павел откинулся на спинку стула, упираясь руками в столешницу и глядя в упор на Ольгу, но явно не видя ее. Какое-то время он только щурился, словно ему в глаза светило солнце, а на самом деле представлял руку, сжимающую шприц, представлял иглу, которая входит в область затылка… Ничего не складывалось.

– Фотографии есть?

Ольга с готовностью раскрыла папку, нашла нужные фотографии и по одной выкладывала их перед Павлом:

– Среди волос разглядеть след укола практически невозможно даже на фото… Вот, смотри, я обвела на снимках след от иглы кружком.

Есть электронный вариант снимков, флешка со мной, ты можешь увеличить, но дальше вместо изображения одни кубики…

Как ни странно, пять снимков с разных ракурсов Павел просмотрел очень быстро, это уже было неважным, главное – место укола есть.

– И после этого, Оля, – произнес он, откладывая в сторону снимки, – ты утверждаешь, будто невозможно восстановить, что именно происходило с ней?

– Понимаешь…

– Да тут нечего понимать, – достаточно мягко перебил он, лишь бы не обидеть.

 – Сама себе она не могла сделать укол, тем более в такое труднодоступное место, даже если допустить, что девушка хотела свести счеты с жизнью. Есть способы суицида попроще, зачем же так изгаляться? Я вообще первый раз слышу, что можно колоться в область затылка…

– Я тоже с данным фактом впервые встретилась, – вставила Ольга. – Более того, никто из коллег с подобным не сталкивался.

– Значит, будем заводить уголовное дело.

– Считаешь, оснований достаточно?

– Более чем.

Объяснять, что за основания, он не посчитал нужным, тем самым немножко обидев Оленьку. Она тут распиналась, фактически намекнула, что готова стать его правой и левой рукой при расследовании сложного дела… Умный понял бы, но у Терехова функция понимания находится в труднодоступном месте, или он прикинулся, будто не уловил намека.

Оля переплела пальцы рук, уложила их на папку, которую принесла, потом отвернула лицо к окну – уж и не знала, чем еще взять Павлика. Однако, не являясь слабенькой курицей, которая легко уступает место более сильным пернатым, она вернулась к деловому тону, ибо выигрывает терпеливый и настойчивый:

– Хочу дополнить. Девушка явно из приличной семьи…

– Что ты называешь приличной семьей?

– Из обеспеченной. Состоятельной.