Хроники побережья. Часть вторая

« Наверно, показалось, » – подумала я.

На следующий день мне совсем стало плохо, дежурный врач наблюдал, до понедельника оставалось еще два дня.

К вечеру в палату вошел Генрих Владимирович. Он улетал в район по санавиации и только что вернулся, его вызвал дежурный нейрохирург.

– Как дела? – спросил он.

Сил отвечать не было.

– Покажи язык.

Все, что я помню после – это как мне ставят внутривенно лекарство, я даже не спрашиваю что это, хотя всегда это делала раньше.

***

Во время операции произошла остановка сердца, наступила клиническая смерть.

Облаченные в белое, с лицами закрытыми масками, врачи и медсестры быстро, словно рубили что-то твердое, перекидывались словами между собой:

– Рефлексы отсутствуют, давление сорок на ноль.

– Клиническая смерть.

– Адреналин…

– Пульса нет…

Темнота. Меня окружает темнота. Ничего нет. И никого. Пусто, холодно и темно. Нет запахов. Совсем ничего.

– Разряд… – раздается чей-то голос.

В какой-то момент я начинаю слышать все, что происходит в операционной, хотя не должна.

Толчок. «Эй, товарищи доктора, мне больно, » – силюсь сказать, но не могу, мое тело меня не слушается, а во рту трахеостомическая трубка.

– Еще разряд, – звучит тот же резкий голос. Снова толчок. «Нет, так не пойдет, » – думаю я и…

Раздался дикий грохот прямо надо мной. Сквозь закрытые веки резко возник свет. Он появлялся и исчезал несколько раз.

– Электричество отключили из-за грозы! – раздался крик, и наступила темнота.

Хотя… Я что-то вижу. Море. Это точно море. И тут я понимаю, как сильно скучала по нему.

Глава 3 Встреча с бабушкой

Холодные острые капли дождя больно хлестали по плечам и рукам. Тонкая ткань сорочки никак не защищала меня от холода и воды, я промокла насквозь. Зябко. Холод пробирал до костей, как будто он пришел из преисподней, приходилось идти, с трудом вытаскивая ноги из грязи на раскисшей дороге. Низко и тяжело плывущие серые тучи, плотно заволокли небо, ветер периодически обдавал мелкими брызгами грязи.

Ливень не скоро закончится, еще и темнело довольно быстро, окоченевшие босые ноги утопали в склизкой грязи.

Да где же домик бабушки Лизы? Я скоро совсем потеряю чувствительность, озябшие руки уже плохо слушались, а кисти посинели.

К моему изумлению я оказалась перед таверной. Она находилась на окраине селения, значит, до бабушки Лизы не так уж далеко, но все еще идти и идти. Войти в таверну я не рискнула.