Утопия о бессмертии. Книга первая. Знакомство

Ему на мне мать запретила жениться, сказала: «Казашку в дом не пущу!»

– Господи, помилуй! А они кто?

– Русские. Он вначале меня уговаривал в Россию уехать, а потом передумал. А потом женился.

– Может, и к лучшему? Плохо, когда мужчина за подол матери держится.

– Может, и к лучшему, – согласилась Айгуль и, помолчав, жёстко прибавила: – Пьёт он. И жену свою бьёт.

Глаза её блеснули вызовом – уверена, при ней де с этим мужиком подобного не случилось бы. Как ей объяснить, что мужчина, способный поднять руку на женщину, не годится в спутники жизни? Вначале такой пасует перед трудностью, потом заливает свою слабость алкоголем и бьёт, вымещая горечь собственных неудач на подруге.

При этом совершенно не важно, какая женщина рядом – любимая или не очень.

– Забудь его, девочка, – только и сказала я, – как можно скорее забудь.

Гул голосов в кафе вновь прекратился. На сей раз в кафе явилась хозяйка. Она заглянула в наш укромный уголок с улыбкой на лице, но увидев Айгуль, нахмурилась. Девочка вскочила с дивана и кособоко застыла, опустив голову.

Подчёркнуто медленно хозяйка отвела от неё гневный взгляд.

– Как вам понравилось у меня в гостях? – вновь осветившись улыбкой, обратилась она ко мне.

Она была очень похожа на брата. Сохраняя то же – накопленное столетиями – благородство линий, черты её лица обладали большей мягкостью и округлостью, чем черты Мехмета. Но и признак дегенерации был тот же, и, кажется, у сестры он был более выраженным, чем у брата, – когда она говорила, её нижняя губа не двигалась, а бессильно провисала, открывая зубы до самых дёсен.

Шахины будто гордились фамильной чертой! Они всячески её выпячивали – у брата отвисающая губа очёркнута чернотой пышных усов, сестра же использует яркую губную помаду.

– Мне понравилось, благодарю вас, – ответила я и похвалила: – Персонал у вас замечательный – люди все профессиональные и внимательные! – Я протянула руку. – Я Лидия.

– Айтач Шахин, – представилась она, уверенно отвечая на моё пожатие.

– Рада знакомству, Айтач.

Но у меня возник один вопрос, – продолжала я, – как вам удаётся так распределить посетителей по кабинетам, что они не сталкиваются друг с другом? Такая трогательная забота о приватности!

Едва Айгуль перевела мои слова, Айтач беспомощно улыбнулась, а Айгуль удовлетворенно блеснула глазами. «Ясно! Никаких секретов менеджмента нет, коридор безлюдья был создан только для меня!» – поняла я и пожалела о своём вопросе – незачем гостю знать о секретах гостеприимства.