Утопия о бессмертии. Книга первая. Знакомство

– Лида?! – обрадовалась она и тут же упрекнула: – А я вчера весь день ждала звонка.

– Прости, мам, вчера счёт времени потеряла, когда спохватилась, у вас уже поздно было.

– Спасибо, что сегодня звонишь! Ты приедешь?

– Да, в ночь мы вылетаем. Как приземлимся, я позвоню.

– Ты одна?

– Я не одна, мама.

– А я Косте вчера звонила.

Перед моими глазами вновь возник Костин растерянный взгляд, тот самый, которым он смотрел на меня в переходах аэропорта.

– Как он? – спросила я.

– Я не знаю, Лида, как он.

Переживает, думаю. Со мной говорил спокойно.

– У тебя всё в порядке?

– Лида, какой же у меня порядок, если родная дочь сбежала от мужа?

– Поговорим завтра, мам, хорошо? Пока. – И я прервала связь.

Сергей наклонился и шепнул:

– Всё будет хорошо.

– Будет. Отрадно, что она уже не плачет.

По мере нашего приближения размеры Айи росли. Собор вытеснял собой окружающее пространство – ранее парящий над землей, теперь подавлял монументальностью.

Внутри меня росло волнение – внутренний трепет, благоговение перед встречей бог знает с какой древностью.

– Серёжка, мой разум отказывается воспринимать пропасть лет между нами и теми людьми, кто строил храм, кто пришёл на первую службу. Шестой век! Сколько это?.. Тысяча пятьсот лет… шестьдесят поколений!.. – Я покачала головой, сражённая результатами нехитрого подсчёта. – А ещё раньше на этом месте стоял храм Артемиды – девы и богини плодородия, охотницы и покровительницы всего живого на Земле.

– Дева и богиня плодородия? – удивился Сергей. – Маленькая, это взаимоисключающие понятия. Так же, как охота и покровительство всего живого.

– Для нас, Серёжа! – не согласилась я. – Это для нас, воспитанных в однозначности понятий, древнейшие образы божеств, в особенности женских божеств, Артемиды, например, или Кали, не просто не понятны, но абсурдны своей дуалистичностью.

– Хочешь сказать, древние лучше нас понимали диалектику противоположностей?

– Именно, что понимали! Понимали, что мир целостен, а разделение его на противоположности – это всего лишь метод упрощения процесса познания, части легче изучать.

А мы из метода слепили картину мира и в дурацком чувстве превосходства думаем, что разумнее предков. Технически оснащённее – да! но не разумнее. Юстиниан построил Собор Святой Софии – Храм Божией Премудрости, ставший центром христианского мира почти на тысячу лет.