Лунь

Твоя очевидность не объясняет их поведения. И потом, такие отношения, как у вас не считаются нормальными в вашем обществе.

– Скорее анормальными,– опять хихикнул «волк».

– Да,– задумчиво согласился с ним человек.– Олеся просто хотела твоего одобрения и твоей любви.

– Ты что, знаешь ее?– удивленно спросил я, вглядываясь в круглые глаза.

– Я многих знаю,– отрешенно ответил он.– Так вот, герой, ты должен найти ее и извиниться. Успокой ее, и скажи, что вы пошутили. И перед другой девушкой тоже. Это ваша обязанность, а не моя.

Я не могу подчищать за всеми абсолютно,– непонятно добавил он.– И после этого лучше тебе не встречаться с ней больше. Ты разочарование для нее.

– Моя рука,– пробормотал я.– Что с ней?

– Мой диор восстановит ее, если ты сделаешь так, как я сказал.

– Сделаю,– проговорил я, мои зубы клацнули от напряжения.

Человек выразительно кивнул круглой головой «волку» и тот отплыл от меня по воздуху, сливаясь с темнотой. Потом посмотрел в мои глаза и приказал:

– Вытяни остаток руки вперед.

Я встал с коленей и вытянул свой обрубок. Человек отошел к своему бревну и вновь уселся на него. Его белая кожа светилась и напоминала все-таки костюм космонавта. Моя обрубленная конечность слабо замерцала, от нее тянулся макет моей прежней руки в виде металлической конструкции исполненной проволочной сеткой. Ячейки сетки были некрупными, всего около сантиметра. Я ничего не чувствовал, ни боли, ни прикосновений, ни тепла, ни холода. Конструкция ярко осветилась и исчезла, а на ее месте я увидел свою руку.

Я недоверчиво потрогал ее и облегченно засмеялся – это была моя рука! Я чувствовал ее, а она чувствовала все, что и раньше.

– Кто вы?– решил я спросить.

– Диоры,– ответил человек.

– Нет,– возразил «волк».– Диор – я, а ты – сантадиор.

– Кто такие диоры?

– Это мы, приятель,– хохотнул «волк».– Тебе пора, и нам тоже. Лучше не попадайся на нашем пути. Тебе проще будет жить.

Человек протянул руку к загривку диора и схватил его серую шкуру, сжав ладонь в кулак.

И тут же «волк» метнулся вверх, одновременно исчезая из моих глаз. Через минуту я восстановил способность двигаться, и побрел обратно, все время спотыкаясь.

Никита ждал меня на улице. Увидев, что я вернулся один, он хмыкнул.

– Что, сбежала?

– Она ушла и я не нашел ее,– хрипло ответил я.

– Она может быть только на станции. Ты не ходил туда?

– Сейчас пойду. Нельзя, чтобы она оставалась там одна. Мало ли что.

– Облом,– вздохнул Ник.– Иди, ищи ее.