Надежда

Устав бороться с крапивой и бурьяном, ребята садились в кружок и начинали мечтать и в который раз рассказывать друг другу о своих отцах.

– Мой отец с саблей мчался наперерез врагу на белом коне… – начал Сашка.

– Брешешь! Ты же говорил, что он в танке сгорел, – возразил дотошный Витька.

– Ей-богу, не вру. Это же раньше было, до танка. Танк ему потом дали, – выкрутился Сашка.

– А… – примирительно произнес Витек.

– А мой отец на самолете летал. У него медаль за храбрость есть. Мамка говорила, когда я маленький был, – вступил в разговор Коля.

Тут вскочил Женька. Когда он рассказывал об отце, его голос срывался, становился писклявым, как у девчонки. Он размахивал руками, брызгал слюной, глаза его блестели. Говорил он быстро-быстро, глотал окончания слов, будто боялся, что ему не поверят или прервут, не дадут высказаться. Понимали его с трудом. Но догадывались, что Женя считал своего отца самым смелым, самым умным и добрым, потому что он был большим начальником.

Гошка возражал:

– Не начальники на войне главные, а разведчики.

Помолчали.

– Тебе хорошо, Витек, у тебя сестра здесь. А моя где-то. Я даже не помню ее. Может, она когда-нибудь найдет меня, – задумчиво произнес Гена.

Молчун Гена удивил нас, впервые открыв свою тайную мечту, свою последнюю надежду.

Звонкий голос Витька вывел меня из задумчивости:

– …Меня все равно найдут. Это точно…

Мне бы его уверенность! Мы, девчонки, в похвальбе скромнее, осторожней.

– Папа погиб. А мама была самая добрая, самая красивая. Может, она не умерла с голоду и найдет меня…

А вот Лиле повезло. Она попала к нам, когда ей было почти четыре года, и помнит бабушку и дедушку. Мы как завороженные в который раз слушаем ее рассказы о том, как они ее баловали, какая красивая была у них квартира. Лиля даже помнит лицо своего папы, хотя видела его очень редко, потому что он был моряком.

Мне нечего вспомнить, нечем поделиться, и от этого я чувствую себя несчастней других. Но это внутри меня. Для девочек у меня всегда имеется в запасе несколько хороших историй из жизни моих родителей. Всем хочется быть нормальными. Никто из нас никогда вслух не сомневался в правдивости рассказов друзей. Это было святое.

Но, чем ближе к школе, тем меньше в голосах надежды, и чаще слышится желание попасть в хорошую семью.