Зеркальный человек

Она попятилась, распрямилась и пошла в обход поваленного дерева.

Под ботинком с хрустом сломалась ветка.

Йенни заставляла себя идти медленно. Вот и яма. Маскировка из веток и мха обрушилась на острые колья.

Йенни понимала, что это ее единственный шанс.

Но если она сумеет выбраться из леса, то доберется до Стокгольма, где знакомый Фриды поможет ей уехать домой.

Она не станет рисковать. Они с мамой и папой пойдут в полицию, чтобы им обеспечили защиту, пока Цезаря и бабушку не арестуют.

Метров через сто лес расступился, и открылась прямая просека – дорога, очищенная от леса, по которой уходили вдаль соединенные проводами мачты ЛЭП.

Обогнув вывороченное с корнями дерево, Йенни вышла на полянку – и тут позади нее раздался громкий стук.

Ворона с тревожным карканьем снялась с дерева.

Земля перед Йенни заросла огромными папоротниками.

Йенни стала пробираться через папоротники, то и дело тыча перед собой черенком от метлы.

Папоротники доходили ей до ляжек и росли так тесно, что она не видела собственных ног.

Теперь Йенни отчетливо слышала возбужденный собачий лай. Она уже готова была побежать, как вдруг черенок вырвался у нее из рук и со стуком упал на землю.

Йенни замерла, потом нагнулась и отвела папоротники рукой.

Черенок попал в медвежий капкан.

Челюсти капкана сжались так, что почти перекусили черенок. Йенни подвигала его туда-сюда, и он сломался.

Йенни осторожно пересекла полянку, тыча черенком в землю, миновала последние деревья и вышла на просеку.

Она прошла по желтой траве, между молодых березок с тонкими розоватыми ветками, остановилась, прислушалась. Потом снова двинулась вперед.

11

Ночью шел сильный дождь, но сейчас светило солнце, а с листвы падали последние капли.

В трех теплицах прижимались к стеклу в потеках зеленые листья.

Валерия подогнала тачку к сараю, собираясь набрать навоза для растений.

На ленте, свисавшей с шеи, покачивался датчик с тревожной кнопкой – на случай вторжения в дом.

Йона воткнул лопату в землю, надавил ногой.

Под расстегнутой курткой виднелся серый вязаный свитер.

Волосы разлохматились. Глаза, цветом походившие на потемневшее серебро, отразили солнечный свет, падавший сквозь ветки.

Каждый новый день все еще казался Йоне рассветом после штормовой ночи. Светает, ты выходишь и осматриваешь разрушения, считаешь потери, но для тех, кто выстоял, в воздухе витает надежда.