Венец из Белых лилий

– Пора вставать, милый, – посмеялась девушка, сложив белые крылья за спиной и осторожно поставив на пол золотой кубок с сапфирами. – Тебе нельзя смыкать глаз.

Её звали Аврора. Как среди демонов были те, кто хотел мира, так и среди паладинов находились предатели, жадные до власти. Аврора была одной из них. Она примкнула к армии демонов, поддерживая их тёмные замыслы, а те, поняв свою выгоду в этом союзе, без сомнения приняли паладина в качестве надзирателя и советчика, ведь кто как не «дитя» божества может рассказать о слабостях своего народа.

Красота Авроры была неописуема, что не складывалось с паршивым характером и душой, чернее, чем у любого демона. Высокая стройная дева с длинными белыми волосами, шлейфом тянущимися за спиной. Чувственная и элегантная, эталон красоты паладинов. Аккуратные округлые черты лица, большие блестящие глаза манили к себе даже демонов. Её нежная улыбка скрывала тьму души, жестокость и фанатизм.

– Ох, мне так нравится смотреть на тебя, – коснувшись щеки, она робко улыбнулась.

 – Тело прекрасного демона в моей власти. Могу делать что хочу.

Альтаир молчал. Смотрел на обворожительного надзирателя с ненавистью, желая вырвать ей язык и никогда больше не слышать сладкого, раздражительного смеха. Аврора творила с узником всё что вздумается, прекрасно понимая, что ей за это ничего не будет. Издевательства были её ежедневным ритуалом, и лишь иногда бывали дни, когда паладин не появлялась в темнице, обычно перед чем-то действительно болезненным. Он настолько привык к боли, что мог вынести любую пытку без крика, молча и гордо.

Для Авроры было лишь одно правило – не убивать его. Остальные заключенные, попавшие под её власть, умирали в течение недели, потому тюрьма пустовала.

– Какой прекрасный взгляд, – ноготком мизинца она потянула нижнюю губу вниз. – Ах, милый мой Альтаир, если бы Нефилим позволил, я бы переступила грань наших отношений. Не часто на свет рождаются такие красивые создания.

Недавно рассечённая бровь демона дрогнула. Скажи он хоть слово, Аврора расценит это как сигнал одобрения и начнёт свои издевательства.

Сколько бы не старался держать рот на замке, в один момент терпение заканчивалось и что-то, да вырывалось в ответ. Из-за Авроры паладины больше не были для него святыми. Ничтожные, заносчивые создания, чьё существование и гордые речи раздражали.

– Молчишь, – Аврора тяжко вздохнула и подошла к нему ближе. – Милый, скажи мне хоть что-нибудь? Я ведь так стараюсь хорошо относиться к тебе.