Башня гоблинов

Когда умирает великий герцог, его старший законный сын по оттоманскому закону наследует титул и становится новым великим герцогом и правителем королевства по гражданским делам, а старший незаконный сын того же самого великого герцога становится его незаконнорожденным высочеством и главнокомандующим армией. Заметь к тому же, незаконнорожденному нечего и пытаться захватить гражданскую власть – оттоманы так чтут закон, что никто просто не пойдет к нему на службу.

– Вот уж потешный способ править страной!

– Оттоманцы ввели этот обычай давным-давно: боялись, что, ежели правитель получит слишком большую власть, подданным житья не будет.

Слушай, Ванора, может, не стоит опять напиваться?

– Захочу, так напьюсь. Как ты собираешься спереть этот тримандиламский Ларец?

– Доберемся туда с Карадуром, на месте и решим. План, грубо говоря, такой: я должен подбить клинья к царевне-змее.

– Царевна-змея? Это еще что?

– Бессмертное – а может, и не бессмертное, но лет ей очень много – существо; днем она прекрасная царевна, ночью – огромная змея.

Ежели верить Карадуру, царевна имеет дурную привычку неожиданно превращаться в гада и пожирать бедолаг, которые, ни о чем не подозревая, за ней увиваются, чем, кстати, должен буду заняться и я.

Ванора грохнула кружкой о стол:

– Значит, ты мне всю дорогу от Ритосова дома про любовь нашептывал, а сам гадал, как бы окрутить эту… эту змеюку? Вот оно как!

– Послушай! У меня же нет выбо…

– Ты не лучше прочих, такой же лживый подонок! Дура я была, что тебя слушала.

Прощай! – И Ванора привстала из-за стола.

– Милочка моя, клянусь именем Зеватасовой клячи, я не понимаю, из-за чего сыр-бор! Ты ведь и сама не без греха…

– Я б не шибко возражала, – яростно перебила его Ванора, – ежели б ты поимел настоящую бабу. Но змея! Тьфу! Счастливо оставаться! Вон где мужчина, он-то мне в самый раз!

Она, пошатываясь, пересекла распивочную и уселась на лавку подле развалившегося в своем углу верзилы. Тот приоткрыл свинячьи глазки; толстые губы на обросшем щетиной лице сложились в улыбку.

Джориан плелся следом, взывая:

– Прошу тебя, Ванора, будь благоразумна!

– Ой, да придержи язык! Надоел. – Она повернулась к вышибале: – Как твое имя, великан?

– М-м? Мое имя?

– Ага, красавчик. Твое имя.

– Босо, сын Трийса. Этот малый к тебе пристает?

– Не хочет неприятностей – отстанет.

– Ты кто будешь, малый?! – прорычал Босо, обращаясь к Джориану.

– Никко из Кортолии, ежели интересует.