Красавицы Бостона. Охотник

– Ты чокнутая.

Я мило улыбнулась.

– Меня и похуже называли.

– Теперь все ясно. – Он бросил мусор на пол и указал на меня пальцем. – Ты мое наказание за все, что я натворил. Он выбрал самую безумную девицу в Бостоне, чтобы наставить меня на путь истинный, вот же старый ублюдок.

Возможно, Хантер был прав. Возможно, его отец прознал о том, какой невыносимой, зацикленной на карьере отравой веселья я была. Хотя, по сути, меня нельзя было назвать отравой веселья, ведь я не бывала ни на одной вечеринке.

– Не забывай следить за порядком, Хантер. Неважно, есть тут домработница или нет, я ни часа не желаю жить в грязи. Доброй ночи, сосед, – закончила я, зашла в свою комнату и захлопнула дверь у него перед носом.

Счет 1:0 в пользу команды гостей.

Пятая

Хантер

Важно помнить о том, что яйца у меня не отвалятся.

На всякий случай я загуглил этот вопрос несколько раз (двадцать три, если быть точным).

Все подтвердилось: я могу продержаться полгода без сексуальных контактов. Физически. Но мой рассудок – другое дело. Если я при этом его лишусь, то разорву Сейлор Бреннан на части, а потом сошью из них секс-куклу.

Эта вспыльчивая рыжеволосая банши сказала, что мы больше не заговорим друг с другом, когда истекут отведенные нам полгода, но она ошибалась, если думала, что сможет так легко от меня отделаться. Я уже фантазировал о том, как убиваю ее в разных позах, в разных местах и с помощью всевозможного оружия, как только все закончится.

Например:

Я душу Сейлор на фоне сицилийкого заката.

Я вспарываю Сейлор горло, пока мы прогуливаемся в парных купальных костюмах на Багамах.

Я сбрасываю Сейлор с канатной дороги во время каникул в живописных Альпах.

Иногда в моих фантазиях она спала, но чаще всего бодрствовала, была в полном сознании и наблюдала за собственной кончиной.

Ночь я провел на диване, потому что не хотел спать в заваленной мусором комнате, и ни за что не стал бы убирать учиненный ею беспорядок.

Ладно, возможно, я тоже был отчасти виноват. Пока Сейлор еще не переехала сюда, я устроил праздник жалости к себе и загадил всю квартиру, чтобы ей тоже было некомфортно. Но ей незачем было придавать этому такое большое значение.

Я спал в одних боксерах.