Ужасный Круз

– Там же лучшие молочные коктейли в городе. С удовольствием.

– Поможешь ей с сумками? Она не путешествует налегке.

Ни за что.

Один только лак для волос и каблуки могли бы потопить «Элейшн».

– Дорогая, считай свою сестру моей сестрой. Я помогу ей со всем, что нужно.

Тринити запищала, странно размахивая руками, словно пытаясь взлететь.

– Оу. Спасибо тебе большое! Ты лучший! – Она уже готова была уйти, но остановилась у двери, прикусив губу. – А, еще, я просто хотела сказать: так здорово, что ты с Габриэллой.

А вот и тревожный звоночек.

Габриэлла до сих пор не сказала своим подругам, что мы расстались? Не сказать всем – это одно. Но не сказать лучшей подруге?

Я собирался прояснить ситуацию и убедиться, что все знают, что я свободен.

…но сначала я должен был пережить это наказание в виде круиза.

Пять

Теннесси

Мы неслись на всех парах, но опаздывали.

На самом деле, «неслись» – совсем не то слово.

Скорее, мы очень быстро ползли.

Естественно, по моей вине.

Мы с Крузом попали в послеобеденную пробку в Порт-Уилмингтон. Его Audi двигалась со скоростью улитки, застряв среди сотни других машин.

Он был восхитительно вежлив и молчалив всю дорогу из Фэйрхоупа, но, судя по пульсирующей жилке на его виске, которая была любопытного гранатового оттенка, я была уверена, что он вот-вот ударит меня.

– Напомни мне еще раз, – пробурчал он, с силой сжимая руль. – Что задержало тебя в «Джерри и сыновьях» на сорок минут, пока я слонялся по стоянке, как наркодилер класса «Б»?

Я задержалась, потому что мою новую коллегу-стажерку, Трикси, мать-одиночку с двумя детьми, бросил муж, явно идиот, ради молодой модели всего три недели назад.

У нее был нервный срыв – что неудивительно, ведь это была ее вторая смена и она никогда в жизни не работала, – и мне пришлось подменить ее и помочь обслужить столы.

Конечно, я не собиралась рассказывать об этом или объясняться с надменным дураком.

Я ничего ему не должна.

– Я уже говорила. – Я опустила солнцезащитный козырек и открыла зеркало, чтобы подчеркнуть форму верхней губы помадой приятного розового оттенка. – Я должна была подобрать цвет помады, сочетающийся с моим нарядом.

– На тебе форма официантки.

– Именно. Ты знаешь, что существует более тысячи оттенков розового?

– А ты знаешь, – ответил он, – что «Элейшн» отправляется через пятнадцать минут и мы пропустим круиз?

– Ерунда, – я пренебрежительно отмахнулась.