Детераль

Черные длинные волосы были чисты и ухожены, обрамляя аккуратное молодое лицо – это выдавало в нем благородного человека, вот только был один нюанс. Правая половина его головы была иссушена, а из пустой глазницы прорастала гибкая ветвь, оплетающая висок и часть челюсти, – на ней даже можно было заметить пробивающиеся ростки розовых и красных цветов. Еще одной характерной особенностью были кандалы на запястьях, оборванные цепи которых также покрылись растительностью и крохотными цветами.

– Не уверен, – пробормотал старик, недоверчиво оглядывая собеседника, – на меня оно навевает скорее тревогу.

Безразлично пожав плечами, мужчина бросил беглый взгляд на дерево, после чего вновь обратился к путнику:

– Я уже и не помню, приходил ли в этот город кто-то по своей воле. Чем обязаны?

– Здесь есть жители? Много вас?

– Достаточно, – все так же безразлично отвечал незнакомец. – Хотите поселиться?

Подсознательно испугавшись такого предложения, старик строго нахмурил брови, пытаясь понять неуместную шутку.

– Я королевский скриптор Биларгий, прибыл сюда по повелению самой Фелензии. Согласно решению ее суда, Детераль обязана выполнять роль тюрьмы, и, насколько нам известно, она уже должна была стать пристанищем для… некоторых грешников. К слову, вы один из них?

– Я? Скажем, я что-то вроде начальника этой тюрьмы, как вы ее назвали.

– Замечательно. Я здесь для того, чтобы все тщательно задокументировать.

– То есть вы проделали такой путь, чтобы просто послушать истории о заплутавших бедолагах? – с насмешкой спросил «начальник».

– Гм… – Биларгий явно не обрадовался подобной оценке своей деятельности, но внешне постарался оставаться беспристрастным. – Да, верно.

– Что ж, тогда добро пожаловать в Детераль, город грешников, – он с хлопком соединил ладони, брякнув цепями кандалов. – Вас ожидают несколько замечательных историй и одна заключительная.

– Как пожелаете, – не очень разделяя энтузиазм собеседника, согласился скриптор. – Как я могу к вам обращаться?

– Называйте меня Энс, – уже развернувшись, отозвался мужчина, уходя вглубь мрачного города.

Обернувшись на ворота, сквозь щели которых еще виднелись последние крохи света, Биларгий попросил у Фелензии сил и терпения, после чего неохотно двинулся вслед за Энсом.