Моя человечка

Разглядев на столе один из лечебных артефактов, я взял его в левую руку для подпитки, а правой накрыл лоб принцессы, представляя, как её сердечко снова начинает ритмично сокращаться, качая кровь по венам.

При этом моё собственное сердце разрывалось от боли и чувства вины.

Только бы не испепелить девушку ненароком. У меня же не целительская магия, а боевая. Один неверный энергетический всплеск – и передо мной на столе будет ещё одна горстка пепла. Придётся хоронить в общей могиле: отделить её пепел от останков медведя-раба будет уже невозможно.

Но, к счастью, всё обошлось. Принцесса сделала судорожный вдох, её тело выгнулось дугой и снова расслабилось.

Сердечко красавицы билось неровно, как пойманный в капкан мышлик, и я очень боялся повторной остановки. Так что расстегнул её кожаный пиджак и верх белой шёлковой блузки, после чего, дико волнуясь, накрыл аппетитный холмик её груди ладонью и стал аккуратно, ритмично массировать.

Когда-то я читал про непрямой массаж сердца, и теперь попытался его воспроизвести.

Нежная бархатная грудь девушки была облачена в странное, но довольно сексуальное кружево, и пришлось просунуть пальцы под него, чтобы был полный контакт кожа к коже. Несмотря на весь трагизм ситуации, в штанах тут же появился бугор, и я ничего не мог поделать с непроизвольной эрекцией. Принцесса была чудо как хороша.

Возможно, я что-то делал не так, ибо глаза Тайрина округлились от изумления. Но он благоразумно промолчал. Как бы то ни было, мои старания принесли плоды: девушка очнулась.

Правда, шарахнулась от меня, как от прокажённого. Едва на пол не свалилась.

Я хотел было её подхватить, но в последнюю секунду притормозил. Решил, что не стоит пугать её ещё больше. Да и бугор в штанах, зараза, уменьшаться никак не хотел.

Я внимательно вглядывался в лицо принцессы и, с одной стороны, дико радовался, что она жива, а с другой – сильно переживал за её здоровье. По ней ведь сейчас такой сильный магический удар прошёлся из-за даркана – тут даже привычным к магии эльфам поплохеет, а она принадлежала к слабой человеческой расе.

Надо как можно быстрее показать её целителю. Только как мне подхватить её на руки, если она даже подойти к себе не даёт? Разве что шипеть не начинает, как дикая кошка.

Её расширенные зрачки, бледность кожи, дрожащие руки – всё это вызывало во мне тревогу. Да ещё и спутанность сознания. Не думаю, что она в ясном сознании стала бы кидать в меня сначала диадему, а потом сумку.