Моя человечка

«Эльф» постарше кивнул, полностью с ним соглашаясь.

Наркоманы, однозначно.

Оглянулась вокруг. Шприцов и клея не заметила, но стол передо мной был завален разноцветными камнями и стекляшками. Ну не настоящие же рубины и алмазы тут рассыпаны? Хотя сверкают красиво.

Чем они тут вообще занимаются?

Только сейчас до меня дошло, что в воздухе витает тонкий запах миндаля.

Бл-и-и-ин, неужели они тут взрывчатку делают? Ведь «си-четыре» пахнет именно так! Точно… А все эти стекляшки и острые камни на столе – это начинка для бомбы, не иначе! Эльфийский прикид – для маскировки.

В душе сразу похолодело. Если я права – живой меня отсюда не выпустят.

И зачем они вообще меня похитили? Богатое воображение тут же нарисовало картину, как на меня надевают пояс шахидки и выкидывают из фургона где-нибудь на людной площади. А может, я им просто как заложница нужна?

Стоят сейчас оба, хлопают на меня глазами. Такое чувство, что и сами не знают, что со мной делать.

Пытаясь не показывать страха, я решительно подошла к столу с камнями и потребовала у эльфов-террористов вернуть меня назад, с возмещением убытков за медведя.

Что бы эти маньяки ни задумали, так просто я им не дамся!

Странно, но при слове «медведь» у молодого эльфа отвисла челюсть. Ах да, он же под наркотой эту игрушку за раба какого-то принял. Ладно, уточнять не буду, он и так меня прекрасно понял.

Вскинув руки, этот ушастый террорист заявил, что сейчас всё исправит, только не сможет воскресить моего раба-медведя.

Развернувшись к старшему, он назвал его Тайрином и спросил, как отправить меня назад.

Я затаила дыхание в ожидании ответа, но старший продолжил играть роль шокированного эльфа, растерянно хлопая ресницами и что-то мелодично лопоча. И складно так – заслушаешься. Ему бы песни сочинять на выдуманном языке и на ютуб выкладывать.

Из всего бреда, что он нёс, я чётко различила лишь слово «аксуин». Именно так он назвал меня, едва увидел. Интересно, что это значит?

Причём второй эльф слушал внимательно, словно прекрасно его понимал. Даже благодарил за что-то. И кивал. Неплохо они так спелись, артисты.

– Определить её в свой гарем? – неожиданно спросил убийца медведей, и меня захлестнуло волной возмущения.