Орден Света. Цветы жизни

– Я… я сам не знаю! – Дмитрий в отчаянии схватился за голову. – Хантер, ты можешь это исправить? Надо снова стереть ей память! – чуть ли не взмолился он.

– Нет, – сухо ответил старичок, развернулся и ушёл.

– Эми, мне дико стыдно за всё, что я совершил в последние дни, – тяжело вздохнул Дмитрий, чувствуя, как его лицо покрывается багровыми пятнами, и желая провалиться сквозь землю.

– Нет, тебе ещё не стыдно, – как-то странно посмотрев на него, возразила Эмишер. – По-настоящему стыдно тебе станет тогда, когда ты вспомнишь всё, что сделал, – поёжилась она, незаметным движением прикрывая синяк на запястье.

***

– Объясни-ка мне подробно, Анисимов, как ты это сделал? – прогрохотал басом начальник Андрея, как только тот вошёл в его в кабинет.

– Сделал что? – перед мысленным взором следователя лихорадочно промелькнули все странности последнего года.

– Сначала Даниил Ростовцев приобрёл здесь славу волшебника, а теперь ты, его лучший друг, являешь чудеса народу.

Он что, уходя из органов, передал тебе мистический дар по наследству? – взглядом начальника можно было бурить скважины.

– Нет, ну… это… оно… – совершенно растерялся Андрей, не в силах сказать что-либо вразумительное. – Короче, это совпадения, – выдавил он, наконец, из себя целую фразу. В голове яркой картинкой всплыло воспоминание – хитрющее лицо оборотня и его совет: «Привыкай быть убедительным, и у тебя всё получится».

– Знаешь, какое любопытное заявление принёс мне утром дежурный – Василий Зайцев? Вот, послушай: «Я, Шайнис Ипполит Валерьевич, 1983 г.

р., в результате того, что мелкое бесовское отродье с самурайским клинком гоняло меня всю ночь по квартире и заставило подписать меня (кровью) обещание прийти с повинной в полицию к следователю Анисимову, – горю желанием подробно изложить на бумаге чистосердечное признание во всех своих противоправных деяниях и ритуальных убийствах». Как ты это объяснишь?

– Психи, – с искренним изумлением развёл руками следователь.

 – Понятия не имею, кто такой этот Шайнис, и что за бред он несёт.

– Я отправил Василия, чтобы он позвал тебя в мой кабинет. И что в результате? – начальник надвинулся на него массивной тушей.

– Что? – закосил под дурачка Андрей. Он вдруг вспомнил указ Петра Первого, что перед лицом начальства надобно иметь вид лихой и придурковатый. С этим он справлялся на все сто.