Орден Света. Кара небесная

 – А наше задание заключается в том, чтобы, загримировавшись под старичков, на бронированном Запорожце уничтожить наркодилеров, предварительно изъяв у них чемодан с деньгами и сумку с наркотиками.

– На бронированном Запорожце? – с сомнением переспросила девушка, не уверенная в том, что её опять не разыгрывают.

– Это для эффекта неожиданности, – объяснил Дмитрий. – Мало кому придёт в голову, что пара дедов, приехавших на обычном с виду Запорожце, могут представлять какую-то опасность.

– Идея Архангела, кстати, – добавил он, с пренебрежением передёрнув плечами, и Ника поняла, что он не в восторге от этой затеи.

Дмитрий предпочитал действовать прямолинейно: пришёл – увидел – перестрелял (взорвал). Никаких сложностей и ухищрений. И этот маскарад был ему не по душе.

– Да ладно, Димон, поприкалываемся! – приободрил его Алекс, которому всё происходящее явно нравилось. Артистизм был врождённой частью его натуры, и он весело похлопал лучшего друга по спине: – Устроим шоу!

Глава 2

В рабочем кабинете Нику уже ждали Мария и Архангел.

Они сидели за столом, негромко и спокойно что-то обсуждая.

«Милая семейная идиллия», – автоматически отметила про себя девушка.

– Здравствуй, Ника. Проходи, садись, – коротко поприветствовала её Мария.

Как всегда, она была безупречно подтянута и элегантна. И лишь умиротворённый блеск её глаз, светившихся тем особым сиянием, какое бывает только у счастливых женщин, отличал её от строгой, холодной дамы, встретившей Нику год назад.

В облике Архангела тоже произошли перемены. В чисто выбритом, коротко постриженном и аккуратно одетом сорокалетнем мужчине трудно было узнать того заросшего, небритого отшельника, каким он был раньше. Теперь он был одет с иголочки, а его неизменный серый заношенный плащ Мария давно выкинула на помойку.

Усаживаясь за стол напротив людей, которые стали для неё родными, Ника обратила внимание, что между этими двумя то и дело пробегают золотистые искорки.

Она уже привыкла к этому, ведь между ней и Алексом пробегали такие же.

«Любовь – это чувство, которое невозможно не заметить», – сказал ей когда-то старейшина Фёдор Матвеевич. И теперь, когда её дар раскрывался всё больше, она могла видеть это чувство наглядно.

– Как ты уже догадалась, мы вызвали тебя для очередного задания, – произнесла Мария. – Ты знаешь, что после смерти Иннокентия Михайловича и предательства Борфа в Ордене остались всего три старейшины.